Ну Владимир Петрович и распсиховался, на весь подъезд кричал:
– Не позволю честную фамилию Федотовых позорить! Никогда никто из нас хулиганом и бандитом не был! Не желаю иметь в роду алкоголика и негодяя! Записывайся на фамилию матери или вообще живи без фамилии – просто Павка-уголовник! Да и зачем тебе Федотовым быть? Скоро по этапам пойдешь! Друзья-урки кличку дадут!
Павел побледнел и вылетел за дверь. Через пару недель он сунул отцу новенький паспорт:
– На! Доволен теперь?
Владимир Петрович, успевший забыть о скандале, так и сел.
В документе, в графе фамилия, каллиграфическим подчерком оказалось выведено – «Филонов».
В этот момент раздался громкий стук в стену.
– Павел вернулся, – сообщила Лиза.
– Откуда знаете? – удивилась я.
– Он всегда башмаки в угол швыряет, – улыбнулась соседка, – слышали стук?
Павел оказался щуплым, почти прозрачным парнем. Копна спутанных грязных волос падала ему на лоб, лицо выглядело изможденным, серым, совершенно больным. Несмотря на теплый апрельский вечер, он кутался в огромный свитер.
Мешковатый трикотаж висел складками, и казалось, будто внутри пуловера вовсе нет тела.
– Вам кого? – хрипло спросил мужик, отступая внутрь грязного холла.
Его явно ломало. Лоб внезапно покрылся каплями пота, тонкая жилистая шея странно задергалась.
– Павел Филонов? – спросила я, входя внутрь захламленной квартиры.
Контраст с апартаментами Елизаветы Корниловны оказался разительным. Обои свисали грязными лохмотьями, в когда-то сверкающей хрустальной люстре горела всего лишь одна лампочка, на полу кучи грязи, и запах стоит соответственный.
Просто нора, а не жилье человека. Впрочем, говорят, звери соблюдают в берлогах чистоту. Кстати, мне всегда были непонятны таблички на дверях магазинов «С собаками вход воспрещен». Значит, я не могу войти в булочную с Банди или Снапом, а грязный, вонючий, вшивый бомж, распространяющий вокруг себя запах мочи, дорогой гость? Ну и где справедливость? Мои псы регулярно принимают ванну, всегда после прогулки моют лапы, принимают таблетки от глистов и пахнет от них, как от маленьких детей – молоком, геркулесовой кашей и хорошим шампунем.
И вообще, собаки намного лучше людей. Скажите, когда-нибудь видели ротвейлера, напившегося в дым и избивающего хозяев? А болонку-наркоманку? Или пуделя-убийцу? Да ни одно животное не кинется на другое без всяких причин, люди же…
– Чего надо? – просипел хозяин, ежась.
– Меня прислала Катя Котова, – сообщила я с серьезным лицом.