Нас хотели успокоить и бросить кость. Чтобы соблазн ценой своей жизни уничтожить кого-то из врагов, был меньше.
Сначала я посмотрел на него с определённым недоумением. Но уже через секунду понял, о чём идёт речь.
— Они лишь пообещали, что не станут вредить роду Маховых или убивать кого-то из числа его членов, верно? А император гарантировал, что сделает своим личным врагом любого, кто посягнёт на ваши жизни?
Георгий мрачно улыбнулся и кивнул.
— Вот видишь. До тебя дошла суть. Как только угроза мести со стороны Рюриковичей исчезнет, нас начнут убивать.
У каждой из девяти фамилий полно союзников и тех, кто хочет ими стать. А много ли надо, чтобы прикончить одинокого дворянина, у которого нет ни одного гвардейца?
На ум сразу же пришли клятвы. Формально их обязаны соблюдать только те фамилии, чьи главы заверили договор. Плюс, их вассалы. Но как тогда потенциальные союзники станут обозначать свои заслуги, если не смогут даже рассказать о них? Или вассалитет не обязывает следовать клятвам сюзерена?
Вопрос сам просился наружу, но он бы с головой выдал мою неосведомлённость.
Надо будет потом вбить запрос в дарфон. Или заскочить в специализированный книжный магазин. А ещё лучше — приказать членам свиты забрать с собой всё ценное из профильной литературы, что найдётся в Пусане. Выбор там был не слишком большой — по библиотеке цитадели я успел прогуляться, пока находился в городе. Тем не менее, книги имелись. И пусть они лучше будут у меня под рукой, чем пылятся на полках в глубинах корейской крепости.
— Но вы всё ещё представляете угрозу. Тот удар, о котором ты говорил, это неплохой сдерживающий инструмент.
Махов поднялся на ноги и прошёлся по комнате. Замер на месте, смотря в широкое окно гостиной, на стекле которого мерцала тонкая плёнка защитного барьера.
— Представляем. Для подобного нужны, минимум, пятеро Маховых. И нам понадобится хотя бы один из старших родовых перстней. В идеале, конечно, родовой алтарь. Но туда точно не пробиться. У нас даже формального главы рода нет. А все перстни и артефакты изъяты канцелярией.
Выдача возможна только по личному разрешению императора.
У меня была масса вопросов по поводу всей этой лихо закрученной бюрократический интриги. Опыт подсказывал, что либо в ней можно отыскать слабое звено, либо просто обрушить на узел клинок и одним ударом разрешить все проблемы.
Но прямо сейчас, куда больше меня интересовал иной момент.
— Ты так и не сказал, в чём именно заключается ваша сила.
Смертный с усмешкой развёл руками.
