Раньше Русу было, мягко говоря, похрен, ведь он контролировал каждый шаг Бауман, сделанный на его территории, и слишком наглеть не позволял. Сейчас же Ирина перегнула палку.
Женщина выглядела хреново. Вполне возможно, Рус и пожалел бы Бауман, как и о своем решении, связанном с ней.
Но тут же воображение подкинуло картинку, что на месте Ирки этой ночью могла бы оказаться его Маруська. И тогда ее бы «пялили» все бомжи района, а местные нарики пичкали бы халявной дурью, которую Нагашев «заботливо» велел распихать по карманам Бауман.
И если Ирка была бабой опытной, не девочкой совсем, то Рус даже побоялся представить, что стало бы с его хрупкой Марусей.
Судя по синякам и порванной одежде, Ирине не помешал бы осмотр врача. Но Нагашев не прощал обид.
– Везите! – сухо скомандовал Рустам, когда Ирку впихнули на заднее сиденье тачки.
Та попыталась что-то возразить, плевалась ядом, сыпала матом, но сил, судя по всему, у женщины не осталось.
– Куда ее? – уточнил охранник.
– К «мусорам», – отрывисто скомандовал Нагашев.
Мужчина уже созвонился с подполковником Таймановым, коротко обрисовал ситуацию и пояснил, какого ответного одолжения ждет от их структуры.
Рус решил, что открытое дело на госпожу Бауман И. О. и пара крупных штрафов за проституцию, которую так бойко прилепила сама Ирка невиновной Марусе, окажутся «приятным» бонусом к минувшей ночи.
– Какая же ты сука, Нагашев! – взвизгнула Ирка, сидя в машине.
– Молчи, дура! – прикрикнул охранник, хлопнув дверью перед перекошенным от гнева лицом бывшего админа «Рун».
– Ты еще легко отделалась!
Рустам уже не слышал, что происходит за пределами его автомобиля. Движок взревел, распугивая округу. И Нагашев помчался решать другие проблемы, которые накопились за утро. К тому же предстояло еще подготовить рабочее место Маруське. Рус не собирался признаваться в том, что пришлось слукавить.
Не было там никакой стройки на третьем этаже клуба. Но с этого дня – начнется. Ведь не мог Рустам позволить Марусе работать на кого-то другого. Он ни минуты общества малышки не собирался дарить «левым» личностям.
Маруська принадлежала только ему одному. И точка!
Глава 33
За несколько часов Маруся переделала все дела по дому, включая уборку и стирку. С особым удовольствием девушка приготовила ужин из трех блюд. Даже испекла шарлотку. Мама могла бы гордиться такой хозяйственной дочерью, если бы не одно жирное «но». Ужин был для Рустама. А Рустам – взрослый мужчина, с которым Марусю связывали занятия любовью.
