Он рассматривает их общие фото в телефоне, не понимая – как же так? Почему она так поступила с ним и его братом? Почему выглядит такой искренней на снимках? Почему он верил ей? И в ее любовь?
В порыве вспышки гнева Матвей разбивает бутылку и ранит руку осколком – ее перевязывают сотрудники. Потом приезжает Яна. Пытается его успокоить, целует, как когда-то, в другой жизни, тысячу лет назад. Просит забыть обо всем и начать все сначала – она ведь его ждала, ждала, пока наваждение мести отпустит его сердце. Он даже пытается поцеловать ее в ответ, но все не то.
Яна – не Ангелина. Слишком чужая, слишком ненужная. Посторонняя.
Он убирает ее со своих колен, и она горько и жалобно плачет.
– Я думала, ты меня любишь, – говорит Яна, чуть успокоившись.
– Любил, – отстраненно отвечает Матвей, – но это в прошлом.
– Ты хотел жениться на мне, – вспоминает она, вертя в руках бокал.
– Хотел, – соглашается он, думая об Ангелине.
– А потом сошел с ума со своей местью. Ты одержим, Матвей, – выдыхает Яна.
– Одержим.
– Но так ведь нельзя. Остановись, пожалуйста. Ради себя самого, ради своей мамы – что с ней будет, если с тобой что-то случится?
Вместо ответа Матвей только смеется, и Яна с жалостью на него смотрит – это смех обреченного.
– Матвей, – шепчет она с тоской. – Это тебя убьет. Понимаешь? Убьет.
– Не переживай. Все будет хорошо. И хватит ждать меня – без меня ты будешь счастливее, Яна. Я отвезу тебя домой, – говорит Матвей и вызывает Костю. Тот подъезжает к бару спустя полчаса – все это время они с Яной молчат.
Каждый думает о своем. У каждого в душе скребутся свои демоны.
Матвей первым выходит из бара и садится на заднее сиденье. Однако, закрыв дверь, он вдруг понимает, что в салоне не один. Там Ангелина. На ней черная кожаная куртка и мятное платье. Карамельные волосы распущены, как и всегда. Она смотрит на него с притягательной улыбкой, будто бы ничего и не произошло.
У него моментально пересыхают губы. Ярость, которая, казалось бы, отпустила его, возвращается вновь и черным огнем охватывает сердце.
Былого притяжения нет, только глухая, гулкая ненависть.
– Что ты здесь делаешь? – с ненавистью спрашивает Матвей и понимает, что его голос подрагивает. Впервые в жизни.
– Жду тебя, любимый, – говорит Ангелина и вдруг просит: – Поцелуй меня! Я так скучала…
Она думает, что он ей поддастся, и тянется к нему за поцелуем. Не осознает, что играет с огнем. Вместо этого Матвей бьет ее по лицу – с размаха – и начинает душить.
