Может быть, она тоже хочет этого – теперь почти не смущается, когда он касается ее, напротив, выпрашивает эти запретные ласки и сама постепенно все смелее и смелее изучает его тело, обжигая его кожу своим частым дыханием. Но у него свои планы. Старые и покрытые кровавым пеплом.
Кровь за кровь. Око за око. Любовь за любовь. Матвей снова садится в машину и едет по ночным, ярко освещенным дорогам на сбор «Легиона». Наступило первое воскресенье октября. Сегодня станет известно, чья ставка сыграет. Кто из трибунов победил, а кто проиграл.
Сбор даймонов под предводительством Князя проходит в тайной комнате закрытого клуба, о котором не написано ни в одном туристическом маршруте. «Легион» – тридцать три человека. Неизменная цифра. У каждого – маска. Белая маска с красными потеками слез, струящихся из глаз. Она частично гарантирует анонимность. Хотя Князь знает каждого из них в лицо. Он хозяин этого места, и он должен следить за «чистотой рядов».
Частного клуба нет ни на одной карте.
Зато у него есть девиз: «Panem et circenses» – «Хлеба и зрелищ». Хлеб у них есть. А вот со зрелищами проблема. Это место сбора людей, у которых есть все: и деньги, и власть, и любые возможности. Однако они скучают, им все надоело, слишком приелось, кажется пресным и ненастоящим. Этим людям нужны эмоции – такие, чтоб в жилах бурлила кровь, чтобы из глаз летели целые созвездия, чтобы эмоции были на самом пределе.
Они хотят жить. Сверкать. Доминировать. Хотят спорить с миром.
Доказывать свое превосходство. Быть особенными. Хотят вершить судьбы. Они словно полубоги, сидящие на вершине жизни со скучающим видом и накалывающие людей-бабочек на свои иглы. И у каждого своя коллекция, свои трофеи.
«Легион» позволяет им ходить по самой тонкой безумной грани. И не просто взращивает чувство особенности, а дает индульгенцию на любые грехи – полубогам все можно. Мир для них не делится на «хорошо» или «плохо», перестает быть многоцветным или хотя бы двухцветным.
Мир становится единым, монохромным – «то, как я хочу, и никак иначе». Это тайное общество, где все сопричастны и равны друг другу, но выше всех остальных. Сообщество бунтарей, выступающих против обветшалых догм.
Князь, их непревзойденный лидер, говорит, что каждый из них увидит себя в «Демоне сидящем». И все они послушно стараются увидеть в картине свое отражение. Могущественных, но погруженных в тоску. Уставших и обреченных. Тоскующих и несломленных.
