То, что он делает, кажется мне слишком личным интимнее, чем поцелуй, но я не убираю руку. Матвей обнимает меня – одна его рука на моем плече, второй он дотрагивается до моего лица.
– Спасибо, принцесса. Я не обещаю измениться вдруг, в один миг, но ты не пожалеешь, – шепчет он мне на ухо.
Может быть, это станет моей ошибкой, может быть, я дорого заплачу за нее, может быть, она сломает мне жизнь, но в это мгновение я не жалею о своем решении. Я хочу его до слез, до крика, до умопомрачения. Хочу любить его, причинять ему боль, упиваться своей властью над ним.
Он ведь мой Поклонник мой и только мой. Это просто безумие, и я сполна поддаюсь ему."
"Матвей кладет горячую ладонь мне на шею. Склоняется и шепчет что-то неразборчивое. Его дыхание обжигает мои холодные губы, и он целует меня нежно, разрешая мне взять инициативу. Я чувствую его язык и пьянею.
Обхватив его за плечи руками, забыв, что одна из них саднит, я глубоко и властно целую его в ответ, и мне кажется, будто целую вечную тьму, холодную и прекрасную.
Мне хочется стать луной, которая освещает ее. Хочется загнать эту тьму под кожу, чтобы она всегда была только моей. Нас обоих пронизывает страсть, и мы льнем друг к другу все ближе и ближе.
Не знаю, почему верхние пуговицы моего пальто вдруг оказываются расстегнутыми. Гладя меня по щеке, Матвей целует мою шею, точно зная, как мне это нравится. Я чувствую, что он улыбается, слыша, как учащается мое дыхание. А когда он отстраняется, я начинаю злиться.
– Еще, – выдыхаю я.
Я будто иду по битому стеклу, но не чувствую боли.
Он улыбается.
– Ты такая красивая.
Мне плевать на слова. Я хочу продолжения. «Целуй меня в губы, не переставай. Целуй же! Целуй!» – кричу я мысленно, забыв, что мы находимся на общественной остановке, пусть и пустой, а он улыбается. Еще утром я не могла бы этого сделать, а сейчас тянусь к нему за поцелуем, потому что не могу иначе. И он снова накрывает мои губы своими. Мы целуемся до изнеможения.
Его руки поддерживают меня, оберегают и дарят не только ласку, но и уверенность в том, что все получится.
Воздух вокруг становится тяжелым и вязким, сотканным из лунных нитей, опутывающих нас, света фонарей и нашего желания.
Выжженная на сердце звезда слабо светиться. Ветер несет запахи северного моря. И где-то вдали я слышу его шум. «Следуй за мной», – шепчет море, и я готова на все. Готова следовать куда угодно. Я была стеклом, разбитым на осколки, но Матвей собирает меня заново. Склеивает и заживляет раны.
