Когда я выхожу из комнаты, одетая в пудрового цвета коктейльное платье чуть выше колен и с овальным вырезом, Матвей внимательно рассматривает меня, словно пытается увидеть, что находится под трикотажем, а когда это у него не получается, хмурится.
– Что? – спрашиваю я настороженно.
– Ничего, – мотает он головой и берет меня за руку. – Идем. Не хочу опоздать.
Черные туфли и черный жакет – и я готова идти. Конечно, было бы идеально надеть тренчкот сверху, но после встречи с людьми-крысами он так и висит в шкафу – грязный и порванный.
У меня не доходят до него руки. А может быть, я снова убегаю от травмирующих воспоминаний.
Мы выходим из подъезда и под изумленные взгляды какой-то компании идем к его черной блестящей машине. Из нее тотчас появляется Константин и распахивает заднюю дверь.
– Прошу вас, – говорит он. Я, прошептав: «Спасибо», сажусь в салон первой. Матвей опускается рядом.
– Трогаемся. Туда, куда я сказал, – велит он, и Константин заводит машину.
– Куда? – спрашиваю я.
– В темный лес, принцесса.
Устроим на тебя охоту, – совершенно серьезно отвечает Матвей и поворачивается ко мне. – Ты же быстро бегаешь?
– Что за дурацкие шутки?
– Это не шутки, принцесса. Я не сказочный принц. Я злой оборотень.
– А я и не принцесса, а злая ведьма, – в тон ему отвечаю я.
– Тогда придется вызывать святую инквизицию. Слышала об испытании водой в «Божьем суде»? Чтобы понять, ведьма женщина или нет, инквизиция связывала ее и бросала в воду. Если всплывет – значит, ведьма, вода не приняла в себя дитя дьявола.
А если утонет – значит, невинна. И да хранит Господь ее душу.
– Хочешь, чтобы я утонула? – спрашиваю я Матвея.
– Нет, что ты. Просто делюсь информацией. Люблю средневековую историю.
Больше он не обращает на меня внимания – утыкается в свой телефон и переписывается с кем-то. Пару раз даже улыбается – но, разумеется, не мне. Я снова зла. Ну почему этот человек такой? Как только мне кажется, что он может быть милым, как он начинает вести себя с издевкой или отстраненно.
– С кем переписываешься? – пытаюсь я снова завязать разговор. Мой тон дружелюбный.
– Не твое дело, – грубо отвечает он и снова улыбается своему телефону, который мне хочется вырвать из его рук.
Я принимаю решение просто уйти, если он снова начнет меня раздражать. И почему-то вспоминаю про неполученный поцелуй. Он как будто играет со мной.
Мы едем по пробкам довольно долго, и я говорю себе под нос, что лучше бы поехали на метро.
