Оно грянуло того же шестого декабря…"
"Пятнадцатого декабря освобождены города Богородицк, Клин и Калинин, двадцатого – Волоколамск, двадцать шестого – Наро-Фоминск и Лихвин… Наступательная операция продолжалась, но уже можно было говорить о том, что она принесла стране долгожданную победу… Теперь уже Артем не сомневался в том, что враг будет разбит и победа будет за нами. И очень хотелось надеяться, что он сумеет дожить до победы. Самые суровые дни войны позади. На его счету двести сорок боевых вылетов, десятки жарких воздушных боев, восемнадцать засчитанных побед.
Три раза он горел, два раза падал из-за отказа двигателя, но ни разу не был серьезно ранен. Два раза выходил из окружения, возвращался в строй… Может, Бог в самом деле его хранит. Может, в самом деле нательный крестик отводит от него беду. И Лешка тоже жив. Правда, сейчас он в госпитале, в каждой ноге по пуле. Но врачи обещают, что летать он будет…
Артем возвращался с разведки. Он летал за линией фронта битый час, но ему так и не удалось обнаружить хоть одну небольшую моторизированную группу, подтягивающуюся на укрепление немецкой обороны.
Зато по эту сторону линии фронта полно германской техники. Но это уже музейные экспонаты. Музей рухнувшего мифа.
Он вернулся на аэродром, посадил машину. Направился в штаб. Доложил о выполнении задания.
– Так, сегодня полетов не будет. Так что ищи спирт, – улыбнулся Дудин.
В его петлицах отливали медью три шпалы. Еще неделю назад был майором, а уже подполковник.
– Я могу спросить, зачем?
– А «майора» будем обмывать… Приказ пришел, так что готовь место для второй шпалы…
Разумеется, Артем знал, что его представляли к очередному воинскому званию.
Но все равно было приятно узнать, что приказ уже подписан и уже сегодня можно примерить на себе новые петлицы.
– И это еще не все… На завтра тебя в Кремль вызывают…
И это для него не новость. Еще в начале месяца его представляли к ордену. И вот Указ Президиума Верховного Совета уже подписан. Быстро. Вот что значит, близость к Москве. Да и особое отношение к авиации также сыграло свою роль.
Уже завтра ему вручат награду. Если сегодня ничего не случится…
Утром следующего дня Артем начистил перышки и еще с несколькими офицерами полка на штабном автобусе отправился в Кремль.
Москва. Серая, угрюмая. Противотанковые ежи, бетонные надолбы, пулеметные гнезда, окна в бумажных крестах. В небе дирижабли, на улицах зенитные орудия. Столица не спешила радоваться победе. Враг отброшен, но он может еще вернуться.
