..
- О, теперь ты прикидываешься невинной овечкой? - перебивает меня, презрительно скривив губы. - Я же предупреждала – отступи. Эридан должен был стать моим, слышишь? Моим билетом в новую жизнь!
Эридан… Она говорит о том надменном мерзавце с манией величия?
Да как можно в здравом уме мечтать стать его невестой? Тут надо бежать и не оглядываться!
- Как ты можешь хотеть замуж за такого... - я запинаюсь, подбирая слова, - высокомерного наглеца? Ты же видела, как он себя ведёт! Он даже не считает нужным...
- Заткнись! - шипит она, наклоняясь ближе.
- Что ты можешь понимать? После жизни с нашим драгоценным папашей, который видит в нас лишь товар на продажу, брак с Эриданом – это спасение! Или ты предпочитаешь и дальше ютиться в одной комнате с девятью сёстрами? Донашивать чужие платья? Терпеть побои за то, что посмотрела до ужина на чёрствую корку хлеба? И ждать, пока тебя продадут такому же тирану?
Глаза незнакомки лихорадочно блестят, а пальцы сжимаются в кулаки так, что белеют костяшки.
- Знаешь, сколько времени я потратила на развитие своего дара? Сколько ночей провела без сна, оттачивая каждое заклинание? И посмотри на своё распухшее тело – у меня получилось! Я могла бы стать кем-то большим, чем очередная никчёмная дочь в этом проклятом доме!
Меня бросает в холодный пот.
Заклинания?
Дар?
Бред какой-то. Или нет?
Что, если я каким-то образом перенеслась между мирами? Как это бывает в сказках?
Только мне попалась очень страшная.
- Послушай, - я пытаюсь говорить спокойно, хотя внутри всё дрожит от страха и напряжения, - я понимаю твоё отчаяние.
Правда понимаю. Но месть и ненависть ничего не исправят...
- Не смей меня жалеть! - девушка отшатывается, словно от пощёчины, но тут же затравленно оглядывается на дверь. - Ты всегда была папиной любимицей. Он берёг тебя для достойного покупателя, а не пузатого старика с ужасным запахом изо рта. Но теперь я займу твоё место. А ты сдохнешь в этой конуре, не дожив до утра!
Выговорившись, она уходит, щёлкнув с внешней стороны засовом.
Дожидаюсь, пока стихнут шаги за дверью и медленно приподнимаюсь, морщась от боли во всём теле.
Надо выбираться отсюда.
Немедленно.
Здесь живут не люди, а обозлённые сумасшедшие!
Монстры! Чудовища!
Осторожно подхожу к двери и прислушиваюсь. Вроде никого. Лишь откуда-то издалека доносятся удары, и слух улавливает сдавленный женский плач, от которого по позвоночнику бегут холодные мурашки.
- Окно, - шепчу, каждой клеточкой тела ощущая ужас ситуации.
