Чем быстрее приду, тем быстрее отправлю этого вестника и вернусь домой, под защиту духов.
Почта оказывается совсем крошечной. То ли народ здесь не любит писать письма (а может, некому), то ли у них есть собственные вестники. Поднимаюсь на деревянное крылечко и не без усилий тяну на себя холодную, шершавую ручку. Дверь поддаётся неохотно, с ленивым, протяжным скрипом, словно стремится известить всех о посетителе.
Прохожу внутрь, и старые доски пола тихонько поскрипывают под ногами. В нос ударяет странная смесь запахов - пыльная бумага и что-то острое, похожее на чёрный перец.
- Здравствуйте! - окликаю дежурного, который самозабвенно дремлет за стойкой, уронив голову на сложенные ладони. - Доброго вечера!
- А? Что? - мужчина с проседью и аккуратной лысинкой поднимает заспанное лицо, и я замечаю красные полосы от пальцев на щеке. - Чего вам? Все нормальные люди на празднике. Эх...
Он с тоской косится в зарешеченное окно, за которым расцветают очередные фейерверки. Будто король Алдерии пожаловал в Милфорд, а не этот мерзкий Дезмонд.
- Мне нужно отправить вестника, - подхожу ближе и кладу на потёртую стойку сложенный вчетверо листок.
- Угу, - недовольно бурчит мужчина, явно досадуя на нарушенный покой. - Имя, фамилия.
- Чьи?
- Для начала ваши.
- Анна Вэйн, - отвечаю, нервно поглядывая то на него, то на письмо.
- Угу. Куда вестника шлём?
- В Алдервилль, - стараюсь говорить спокойно, хотя так и подмывает встряхнуть этого сонного увальня. Пока он копается, праздник успеет закончиться.
- Угу. Ждите тут.
Кряхтя, дежурный поднимается и шаркающей походкой скрывается за дверцей. Чтобы отвлечься, рассматриваю помещение: стены неприятного болотно-зелёного цвета, потёртые коричневые стойка и пол с проплешинами облезлого лака. У перегородки валяется обслюнявленное перо рядом с пустой чернильницей, а у стены громоздится высоченный стеллаж, на котором сиротливо пылятся две коробки.
- Вот, - дежурный возвращается с крупным светло-серым голубем на плече.
Глаза птицы светятся тусклым белым светом, вокруг крыльев мерцают едва заметные искорки. - Будет в Алдервилле через день. За ответом - дня через четыре.
- Почему так долго? - вырывается у меня, хотя потрёпанный вид вестника красноречиво намекает, что и это слишком быстро. - А можно как-то ускорить за дополнительную плату? Может, есть запасной? У меня есть деньги!
Дежурный обиженно надувает губы и набирает в грудь воздуха для ответа.
