– Их потом Вера Анатольевна ругала и сказала, что позвонит родителям, – протараторила Настя.
– Мам, бабушка склеила всё, там даже не заметно, – пропищала Маша. – Мам, скажи тёте Наде, чтобы она не ругала Рому. По-жа-а-луйста! – попросила моя заступница.
– Хорошо. Обязательно скажу.
– А ещё мне поставили двойку за поведение, – призналась Маша и сморщила носик.
Она знала, что за правду я не стану её ругать.
Для меня главное, чтобы мои дети не боялись говорить правду, даже если и были виноваты.
– За что?
– Арсен сказал, что не бывает неодинаковых близняшек, и я его ударила.
– Маша, ты же знаешь, что драться нехорошо?
– Знаю, мам. Но обещать, что больше не так не буду – не буду. – Вот он упрямый бунтарский характер Богатырёвых.
Мы с Игорем долго думали, стоит ли говорить девочкам правду, и решили, что обязательно скажем её.
Ведь я сама их учила этому. Только позже, когда они станут постарше."
"Сынок уснул, и я осторожно, чтобы не разбудить, положила его в кроватку. Приоткрыла окно, впуская в комнату ночной воздух. Осень стояла сухой и радовала тёплой погодой. Игорь подошёл сзади и обнял со спины, целуя в волосы. Развернулась в его руках и обняла в ответ.
– Я безумно соскучился, пока тебя не было.
– И я, – призналась в ответ. – Сегодня у нас не было ни минутки, чтобы побыть вдвоём.
– Не представляю, как я пережил тот год без тебя.
Я подняла лицо, и Игорь накрыл мои губы поцелуем. Долгим и нежным, словно напоминал о себе. Маленькая разлука, пока я была в роддоме, снова дала почувствовать, как сложно нам быть друг без друга. Ответила на поцелуй, вырвав из мужской груди тихий стон, и меня сильнее прижали к родной груди.
– Лиза, ты даже не представляешь, как я тебя люблю, – прошептал муж на выдохе, не выпуская из объятий.
Я представляла. Потому что ради меня он был готов перевернуть весь мир, чтобы только найти нашу дочь.
– Я тоже тебя очень люблю, – ответила, слушая, как бьётся его сердце."
