Я примерно понимала, почему любовница барона не пользовалась популярностью у домашних. Пришлая девка, которая спит с мужиком, который ей в отцы годится и явно жениться на ней не намерен. Вполне возможно, любовница барона доставала прислугу своими капризами.
И вот теперь, не успел барон слечь, как Луиза тут же начала крутить шашни с новым возлюбленным. Даже не стесняясь делала это прямо в баронском доме.
Так всё выглядело со стороны.
Я остановилась, глядя сквозь стекло, как Маркос стоит на веранде спиной ко мне.
Каждый раз, когда я бросала на него пусть даже мимолётный взгляд, сердце делало кульбит.
Странное чувство чего-то острого, режущего по живому оседало внутри.
Я сделала вывод, что это отвращение. Он – чудовище.
Открыла дверь и вышла наружу. Ветер тут же подхватил волосы и донёс до меня запах дядиных роз. Их аромат всегда успокаивал меня, казалось, будто я дома. Только сейчас успокоиться не получалось.
Герцог обернулся на звук, окинул меня пристальным взглядом, в котором читался нескрываемый интерес.
– Прекрасно выглядите, Луиза, – произнёс он, кивая мне на стул.
Маркос привык командовать и привык к подчинению. Даже будучи у меня в гостях он указывал мне.
Я не стала садиться, позволив себе эту вольность. Подошла и встала рядом с драконом, тоже будто бы любуясь баронским садом.
– Зачем вы приехали, Ваша Светлость? – спросила я не без холода в голосе.
Лёгкий запах парфюма герцога коснулся носа. Я закусила губу, слишком дурные воспоминания вызывал этот запах.
– Моя жена была в этом доме совсем недавно, – медленно произнёс Маркос.
Я забыла, как дышать. Внутри задрожал дикий страх.
– Что? Этого не может быть, – я подняла глаза, вглядываясь в лицо Маркоса.
Он наблюдал за мной, слегка щурясь от солнца. Следил так внимательно, будто отслеживая малейшую реакцию.
– Моя мать была у барона и с ней был артефакт, который показал остаточную энергию Изабеллы.
Я вспомнила сцену в кабинете барона. Судьба дочери зависит от меня. Я должна сделать всё ради неё.
– Её Светлость не могла быть в доме без моего ведома, – я отошла и взяла со столика бокал с напитком и протянула герцогу, чтобы отвлечь его.
– Возьмите. Это сангрия. Моя бабушка любила готовить её.
Последнее была правдой. Бабуля часто делала фруктовый напиток своей родины на основе виноградного сока, фруктов и мяты.
Маркос принял бокал и сделал глоток, а затем посмотрел на меня:
– Герцогиня не выглядит так, как ты могла бы думать, Луиза. Ей тридцать один, но её лицо обезображено. Как и тело.
