Он остро почувствовал, что в этой комнате он сгорает от желания не один.
Кира обвила его торс руками, чуть отстранилась и пьяно спросила:
– Поцелуи – твои серьезные аргументы?
– Пф-ф… обижаешь!
С этими словами Левон сделал небольшой шаг назад, развязал полы халата, явил перед ней себя во всей красе.
И тут Кира прыснула смехом.
Левая бровь Левона подскочила вверх, он поначалу даже не понял, с чего она смеется. Потом догадался посмотреть вниз и мысленно хлопнул себя ладонью по лбу.
Трусы с ромашками…"
"Ну да, ну да, заказал комплект не глядя.
Половина боксеров оказалась во вполне себе человеческую полоску, зато вторая половина с черно-желтыми ромашками, будь они неладны. Сегодня после душа он был слишком занят планами насчет того, как привезти Киру в Москву, и так чуть не намазал физиономию зубной пастой вместо крема для бритья. Трусы тоже надел на автопилоте.
– Что смешного? – прогудел он, насупившись.
В самом деле, неужели эта женщина не понимает, что главное – не трусы, а то, что под ними.
– Ничего, – Кира прыснула новым смешком.
– Я тебе сейчас покажу, как надо мной смеяться, – буркнул он и снова прижал ее к стенке.
Стал целовать, чувствуя, как растет взаимное возбуждение. Уже собирался поднять чертовку на руки и отнести для разнообразия в спальню, хотя готов был взять ее прямо в гостиной у стены.
И тут ее мобильный разразился противным жужжанием.
– Левон, подожди… – пропыхтела Кира, отстраняя его ладонью.
Полезла в карман, достала мобильный и охнула.
– Что там? – спросил он, шумно дыша.
Кира показала ему сообщения от Зинаиды Венедиктовны, горничной-бригадира:
«Ты закончила наверху? Срочно дуй в триста седьмой, там апокалипсис!»
– Мне надо идти, – она виновато пожала плечами.
– Прикалываешься надо мной? – пропыхтел он обиженно.
– Сегодня Ленка заболела, у Катьки ребенок отравился. В отеле дурдом ромашка, тетя Зина вся в мыле, мы бегаем, как заведенные. Давай потом, вечером…
– Какой вечером? – возмутился он, засопев еще громче.
– А с этим мне что делать?
При этом многозначительно посмотрел на так наглядно выпирающий в трусах бугор.
Кира глянула вниз, даже, кажется, сглотнула. Тоже хочет! И упирается-упирается… Зачем, непонятно.
– Ну Левон, – принялась она вздыхать. – Я не могу подвести тетю Зину, она на меня рассчитывает.
Тут он не выдержал, упер руки в боки и пропыхтел:
– Тебе что важнее? Я или какая-то там работа?
Кира уставилась на него своим фирменным обиженным взглядом.
