Последующие десять минут интенсивного и изнуряющего боя, привели к тому, что находившиеся в большинстве атакующие ребята, так и не сумели реализовать своё преимущество и стали сдавать позиции. Парни стали чаще ошибаться, много пропускать, а кое-кто даже остался без барьера и к этой минуте вылетел.
Белорецкие же, напротив, благодаря Анне пока что оставались бодрячком, и абсолютно без потерь, медленно, но уверенно разбирали соперников. И если в начале расклад был довольно суровый — один к трём, то сейчас соперники отряда княжича могли довольствоваться лишь двукратным преимуществом.
Вдобавок к этому, потери понесла каждая из групп объединившегося противника, в следствие чего, биться на прежнем уровне они уже просто не могли.
Ещё через пару минут, когда атакующие уже таковыми считались лишь номинально, ввиду того, что несмотря на все ротации окончательно выдохлись, а также потеряли ещё пару бойцов, Белорецкие пошли в наступление. Правда началось оно с того, что отдавшая ребятам все силы Анна, едва ли не без чувств упала на песок за спинами своих парней и подчиняясь приказу Андрея перекатилась за канаты.
В эту же секунду их отряд пошёл в наступление и словно раскаленный нож сквозь масло, стал рассекать итак разрозненный строй противника."
"Несмотря на то, что во второй группе было восемь бойцов против четырёх в команде Белорецкого, для всех окружающих уже было однозначно ясно, что вопрос победы последних лишь дело времени. И в конечном итоге, так оно и вышло. Правда барьер Костромского под занавес боя всё-таки не выдержал и добивать соперников отряду Белорецкого пришлось уже втроём.
Вымотавшиеся, злые и мокрые от пота, они оглядывали поле боя, и не до конца веря своим глазам и ушам, принимали поздравления от диктора. Что тут скажешь, победа досталась ребятам огромным трудом и была абсолютно заслужена.
Глава 15
Несмотря на всё недовольство дяди Вити, история с Погожевым, на текущую минуту, абсолютно полностью сошла мне с рук. Напротив, у юного княжича завязался серьёзный конфликт с Яковлевым, и ближайшее время ему было совсем не до нас.
Вопрос о том, кто зашвырнул Алексея вместе с его отрядом в палатку к врагам, волновал очень многих, но к моей радости, ни сам Погожев, ни его команда, даже мысли не допускали о моем участии. Ребята не только здорово меня недооценивали, но и отлично помнили, что из нашей палатки на момент случившегося никто не выходил. В общем, искали угрозу они совсем с другой стороны, чему я был бесконечно рад.
