Я ощетинилась, ненавидя то, как этот засранец небрежно угрожал средствам к существованию моей матери, словно это был пустяк. В конце концов для него это действительно был пустяк. Сумма, которую моя мама зарабатывала на уборке его дома, была меньше, чем Беккет тратил на органические протеиновые коктейли за неделю. Как всегда, его привилегии и избалованность вызвали у меня негодование.
— Стыдно, что кто-то узнал о том, что твоя успеваемость была настолько ужасна, что тебе пришлось покупать дорогу в колледж на папочкины деньги? — Я легко поддалась той же динамике, которая всегда присутствовала между нами.
— А ты у нас отличница? — Беккет усмехнулся в ответ.
Я покраснела. Лили была самой умной в нашем классе, но мои оценки не были плохими. Огромное количество подработок серьезно сокращало мое учебное время, но я справлялась."
"— Ну хорошо, давай сравним нас. Я поступила в университет благодаря собственным силам, несмотря на отсутствие репетиторов, современных учебников или подготовительных курсов.
Мне тоже было бы стыдно, если бы я все равно провалилась, имея доступ ко всему вышеперечисленному. Думаю, это хорошо, что ты прилично играешь в хоккей. Множество белых парней прожили совершенно замечательную жизнь, просто будучи тупыми качками.
В глазах Беккета вспыхнула ярость. Он сбросил свою пресыщенную маску где-то между тем, как я указала на его привилегии и назвала тупым качком. Удовлетворение от самоутверждения пронеслось по мне, как раз перед тем, как он снова шагнул вперед и сильно прижался ко мне.
Край стола врезался в мою задницу, а я оказалась полностью приклеенной к нему. Его тело было твердым, как чертова скала. Ни сантиметра гибкости. Он почти никогда не сбрасывал с себя образ скучающего богатого засранца. Я ни разу не видела его с этой стороны на публике, только здесь, в коридорах этого дома, обычно когда он забывал, что поблизости есть персонал.
— Осторожней, Золушка. В твоем голосе звучит зависть, а это тебя не красит. Правда в том, что мои деньги продвинут меня в этой жизни дальше, чем тебя твоя драгоценная гордость.
Я никогда ни перед кем не встану на колени, в этом не будет надобности… в то время как ты уже стоишь на коленях и скребешь пол в моей ванной.
Болезненный гнев и обида заполнили голову. Моя рука взлетела к его лицу, прежде чем я успела подумать. Но она так и не приземлилась. Беккет перехватил мое запястье до того, как я успела прикоснуться к нему, удерживая его в воздухе, в сантиметре от своей кожи.
