— Ты думаешь, я бы стал преследовать тебя, чтобы напугать за то, что ты присоединилась к Ледовым дивам за моей спиной и надела номер Маркуса? Моя фантазия способна на гораздо большее, чем это.
Я покраснела и на мгновение отвлеклась от своего страха, вспомнив разъяренное выражение лица Беккета, когда он наблюдал за моим выступлением. Это было по-настоящему приятно.
— Не понимаю, о чем ты говоришь. Одна из участниц ушла из команды, и я забрала ее форму и игрока… что с того?
Беккет коротко рассмеялся, а затем приблизился ко мне вплотную, вытеснив меня с тропинки в тень деревьев, которые росли вдоль дорожки.
Его руки оставались на моих бедрах, толкая назад, пока моя спина не прижалась к дереву, остановив передвижение.
— Я уже сказал тебе вчера… ты не носишь ничьих номеров, кроме моего.
— Как будто я захочу надеть твой номер, когда из-за тебя меня выгнали из группы поддержки еще до того, как я туда попала.
— Я оказал тебе услугу. Ты должна благодарить меня.
Я фыркнула.
— Скорее ад замерзнет, чем я поблагодарю тебя за что-то.
— Почему ты вообще так хочешь быть чирлидершей? Я не понимаю.
— Почему бы и нет?
— Ты выше этого.
Его ответ удивил меня.
— Быть чирлидершей означает… принадлежность. Я всегда этого хотела. Тебе не понять, потому что ты никогда не был аутсайдером. Попасть в группу поддержки для меня значит наконец-то вписаться. Быть принятой.
Я не планировала говорить что-то настолько откровенное, но именно так обстояли дела между мной и Беккетом. Мы показывали друг другу уродливые, честные части себя и не пытались их приукрасить.
Он долго молчал, и во мне проснулась неуверенность. Неужели только я чувствовала, что могу рассказать ему все, что угодно, неважно, насколько это неловко или неубедительно?"
"— Я беру свой ответ обратно. Потому что наряды сексуальные, и я хочу трахаться с футболистами, — неуклюже пошутила я, когда он не проронил ни слова.
— Мне больше понравился первый вариант. Ты уже принята, Ева.
Беккет испустил долгий рокочущий вздох, словно был напряжен, а теперь, после моего признания, расслабился.
Он заправил свисающую прядь волос мне за ухо. Прошлая ночь и поразительная близость между нами всплыли в памяти.
Беккет смотрел на меня точно так же, как вчера. Как будто во всем мире не было места, где бы он предпочел быть, чем прямо здесь, со мной.
— Правда? — Мой голос был тихим шепотом.
Он кивнул.
— Ты принадлежишь мне, и всегда принадлежала. Даже с самого начала.
