Когда я Герострат, когда Нижинский[2] а когда ишшо кто-нибудь… Я уж и не знаю, – пожал плечами Халявий.
– Отлично! Раз ты не знаешь, так кто знает? И сколько у тебя всего личностей? – с горечью воскликнула тетя Нинель.
Она рухнула на желтый диван с механизмом «гармошка» и, удрученно подперев голову пухлыми ладонями, уставилась на Халявия. Оборотень мялся, как красная девица, и ковырял большим пальцем ноги ворс ковра.
– Ты, то ись, имеешь в виду, когда у меня едет крыша? – спросил он, отрываясь от своего занятия.
– О, довольно много! Примерно с десяток основных и еще три-четыре таких, что проклевываются время от времени.
Потрясенная тетя Нинель замычала. Она грузно встала, подошла к бару и, достав бальзам «Счастье домохозяйки», отхлебнула из горлышка.
– Ум-м-м. И сколько из них буйных?
– Таких, когда я становлюсь опасен? Представления не имею, мамуля. Всякий раз после раздвоения у меня происходит выпадение памяти… Ну прям как у вас, лопухоидов, с перепою.
Тетя Нинель пошатнулась.
Слабоалкогольное и шипучее «Счастье домохозяйки» вспенилось ей в нос.
– А вот намеков не надо!.. И почему я тебя не прогоню? Не выставлю за дверь? – сокрушенно спросила она.
– Судьбоносцы, мамуля, судьбоносцы… Там на небе ить тоже не бублики сверлят. Это мы тут ничего не знаем, а они там все знают, обо всем ведают. Так-то, мамуля, – сказал Халявий, успокаивающе похлопывая тетю Нинель по коленке.
* * *Через три дня утром тетя Нинель повезла Пипу на киностудию на пробы. Компания «Мыльница» собиралась снимать сериал по «Дюймовочке» и подбирала юных актеров на главные и второстепенные роли.
– Тебя должны взять, Пипочка! У тебя такое выразительное лицо, такой умный взгляд. Сразу видно, что ты из хорошей семьи. К тому же ты уже успела примелькаться. Совсем недавно журнал «Wanted!» вышел с твоим фото на обложке, – убеждала дочку тетя Нинель.
– Меня потом два раза останавливали на улице! – плаксиво сказала Пипа.
– А ты как хотела? Антиреклама есть антиреклама.
Упал с самолета – учись летать! – Тетя Нинель облизала губы, пытаясь припомнить что-то важное. – Ах да, Пипа! Вот о чем я тебя хотела попросить. Умоляю, не болтай лишнего, а то ты как ляпнешь чего – уши вянут!
– Щас! Прям так и буду сидеть молча! – огрызнулась Пипа. – Пусть попробуют не взять меня на роль – я им эту Дюймовочку да из трехдюймовочки! Паф-паф!
Пипа и тетя Нинель уехали. Примерно через час дядя Герман стал собираться на деловые переговоры.
