Громыхнули запоры, конюх потянул заслонку на себя, приставил ""сходни"", и, исчезнув внутри фургона, через пару минут вышел наружу, ведя в поводу Зевса…
Тёмная шёрстка коня под лучами утреннего солнца заиграла, запереливалась шёлком; длинные, мощные ноги вышагивали упруго, задорно постукивая копытами по деревянной поверхности. Стоявший внутри ипподромных конюшен шум с каждым мгновением становился всё тише, и в итоге совсем исчез. Головы людей повернулись в нашу сторону, их глаза не мигая смотрели на нас, скромно замерших в уголке подле явно красовавшегося Зевса.
– Боже… – услышала я, как ахнула какая-то леди в строгом сером платье с глухим воротом.
Я же едва заметно улыбалась, скромно сцепив руки перед собой, с трудом удерживаясь, чтобы не перекатиться с пятки на носок и обратно, только плечи развернула и с непередаваемой гордостью смотрела на своего великолепного коня.
– Это что за порода такая? – ожили мужчины, загомонили, перебивая друг друга. – Никогда не видел ничего подобного! А я ведь объездил полсвета!
– Батлеровская скаковая, – зычный голос пронёсся над головами собравшихся, ко мне подошёл Дин, нежно приобнял за плечи, – порода, выведенная генералом Эдвардом Батлером.
Зевс – жеребец, которого тренировала моя жена, леди Грейс.
– Это невероятно! Какая стать! Какой образец истинного скакуна! – нас окружили незнакомые мне люди, которых, по всей видимости, знал Харрисон. Он улыбался и умело вёл беседу. Я сделала незаметный жест Жилберту, и тот, понятливо кивнув, направился к конюшне, вскорости исчезнув в тёмном нутре помещения вместе с животным.
"
"– А не боитесь, что ваш Резвый может стать вторым? – какой-то гибкий мужичонка подскочил к нам и заискивающе заглянул в глаза Дину. – А то и третьим, – и покосился на Бентинга, занятого своим питомцем. Но нет-нет, поглядывающего в нашу сторону. Выражение его лица было бесстрастным, понять, о чём думает виконт, я так и не смогла.
– Не боюсь. Резвый ли, Зевс ли, неважно кто из них станет первым – всё одно, моя семья, так или иначе, продолжит добрую традицию и займёт главные строчки рейтинга.
Я, извинившись, пробралась сквозь обступившую нас толпу, со всех сторон на меня сыпались самые разные вопросы, я лишь многозначительно улыбалась и молчала. Ну не буду же я петь пустые, ничем не подкреплённые дифирамбы Зевсу, уж лучше покажем на деле.
Рон был всё время рядом с Зевсом, ни на шаг не отставая от своего любимца.
– Рон, сходи, проветрись, – улыбнулась я парню, – познакомься с другими жокеями.
