Долго ждать не пришлось, створка приоткрылась и на нас взглянули любопытными глазами подростка:
– Добрый день, чем могу служить?
– Как попасть в мастерскую мистера Рэйвенскрофта?
– Заказчики обычно заезжают с другой стороны улицы, здесь жилая часть мастерской, – ответил паренёк. – Вам нужно доехать до конца проулка и свернуть направо, а потом ещё раз направо, перед вами предстанут ворота, вот туда и постучитесь.
– Понятно. Благодарю, – кивнул капитан Стром и повернулся было к нам, но его остановил ещё один голос:
– Простите! – из дома вышла пожилая женщина, тяжело опираясь на деревянную трость, она остановилась напротив меня и Мэделин и, внимательно всмотревшись в наши лица, сказала: – ваши глаза, думала сначала, показалось, ан нет… Я лишь раз встречала такие на своём веку и принадлежали они генералу Эдварду Батлеру.
Неужто вы его родня?
– Да, я его племянница, графиня Лерой, а это моя дочь, леди Грейс.
– Проходите в дом, – кивнула старушка на распахнутую дверь, – рада, весьма рада столь дорогим гостям!
Не дожидаясь от нас ответа, она медленно развернулась и не спеша вошла в здание.
Мы с мамой непонимающе переглянулись, я пожала плечами и шепнула:
– Пойдём, если дело касается дедушки, то это наверняка что-то хорошее. Уже успела в том убедиться.
– Я буду ждать вас тут, – кивнул Стром, забираясь назад в карету, – надо напоить лошадь. Вернусь через четверть часа.
– Хорошо, Том, – улыбнулась мама и поспешила за мной.
Мы вошли в тёмный коридор, где нас поджидал всё тот же парнишка:
– Леди, следуйте за мной, – позвал он нас за собой.
Коридор вёл во вместительный холл с винтовой лестницей у правой стены, зала была украшена невероятной, пусть совсем небольших размеров, но очень красивой хрустальной люстрой по центру. Мы пересекли помещение, пройдя по мягкому светлому ковру, и вошли в ещё один коридор.
– Вам сюда, – юноша показал на ближайшую к нам дверь.
"
"Обитая зелёными шёлковыми обоями комната была освещена дневным светом, лившимся из двух окон. Стекло в них было на диво тонким и даже без пузырей. Тяжёлые портьеры удерживали специальные шнуры, стянувшие их так, чтобы не закрывали оконные проёмы, мебель с искусно вырезанным орнаментом привлекала взор своей сдержанной утончённостью.
– Присаживайтесь, дорогие гостьи. Марк, принеси нам горячего чаю.
