– Верочка, ну, пожалуйста! Это же приключение!
– Вы с Даней вечно какую-нибудь фигню придумаете! – ворчала я, нащупывая на спинке стула джинсы.
Когда мы уже втроем распахивали окно, сонный голос подала и Руднева:
– Девчонки! Куда вы?
– Спи, Руднева, спи! – проворчала Ирка, закидывая ногу на подоконник.
– Ну ничего себе, спи! Вы меня одну хотите здесь оставить? – Диана возмущенно подскочила с кровати. В кружевной сорочке, на голове бигуди…
– Да что здесь с тобой случится? – не понимала Ира. – Спи дальше себе спокойненько!
– Ну уж нет! – Диана направилась к шкафу, по пути в темноте запнувшись о стул.
– Шшш! – зашипели мы втроем.
– Ведь кто-то же проник в нашу палату, чтобы подкинуть пауков, – продолжила рассуждать Диана. – А если с новой пакостью вернется? Нет, одна я тут не останусь!
Руднева не стала снимать сорочку. Натянула джинсы, а сверху напялила толстовку.
Пришлось выпрыгивать из окна вчетвером. Хорошо, что наша палата на первом этаже.
– А камеры? – растерялась Диана, последней нелепо вывалившись из окна.
Как мешок с сахаром. Удостоверившись, что она при приземлении не ушиблась, мы негромко рассмеялись.
– Мне Даня показал маршрут, где можно их миновать, – деловито ответила Ирка. Я же промолчала, что на самом деле сегодня уже сбегала за территорию и тоже знаю, как отсюда выбраться. Если бы девчонки были в курсе моего побега, принялись бы донимать расспросами… – Спокуха! Не мы первые, не мы последние сбегаем отсюда.
Ночью безлюдная территория лагеря казалась незнакомой. Фонари освещали широкую заасфальтированную дорожку.
В траве звенели кузнечики. Под их стрекот мы перебежками двигались в сторону недостроенного корпуса. От страха сердце замирало. Продравшись наконец сквозь кустарник и очутившись у высокого забора, я выдохнула:
– Вы лезьте, а я тут на стреме постою, а потом вернусь в палату…
– Азарова! Что еще за новости? – возмущалась Ирка, забавно повиснув на заборе. Когда мы сбегали отсюда с Никитой, он легко меня на него подсадил. Теперь же придется самой кряхтеть, подтягиваться… – Нас уже Даня ждет!
– Ну и дождется.
Тебя! Если ты, конечно, как червяк, переползешь через этот забор.
– Сама ты червяк! – пыхтела Ирка, извиваясь.
Счастливая Амелия, как ранний петушок, уже красовалась на заборе. Вглядываясь в темноту, с высоты осматривала, что находится по ту сторону от лагеря. Я, вспомнив, что там – темный непроглядный лес, покачала головой. Днем гулять еще куда ни шло, но ночью…
– Нет, я не буду сбегать. В палату вернусь.
