Нормальная кровать, хорошая и вкусная еда, душевая и ванная. Он даже не представлял, насколько по всему этому соскучился. Часа через три, ближе к ужину, ему пришел вызов от Милы — его приглашали на ужин в ВИП-модуль. Выбор комбинезонов его тоже порадовал, он выбрал новый чистый комбинезон, закрепил свои нашивки и направился на выход из квартиры. У двери его уже поджидал десантник, с которым они прошли по жилому модулю. Местные гуляли, веселились. Единственное, что бросалось в глаза доктору, — это количество боевых роботов.
Но местные относились к этому спокойно. Добравшись до ВИП-модуля, Жульбера провели в гостиную, где находились командиры. Десантник остался снаружи. Внутри было все руководство, ребята сидели, болтали. Желтый рассказывал, как десантники хвастались их командиром, который в одно лицо уделал всех этих понторезов. С появлением Жульбера разговор затих. Мила познакомила его с теми, кого он не знал, и предложила поесть, так как тут готовили превосходно.
Он чувствовал себя напряженно, также его беспокоило, что он не знал, что стало со Штейном. Егор, видя, что доктор явно не в своей тарелке, подозвал его к проектору в одном из углов гостиной и предложил посмотреть, чем занимается господин Штейн. И если он хочет, то может даже поговорить с ним. Жульбер поблагодарил и прошел к проектору. Штейна он застал в каюте какого-то корабля, тот был сильно не в духе. Доктор передал предложение Милы, Штейн ответил резкой бранью и отказом.
Рядом с доктором появилось лицо Егора.
— Еще раз я услышу подобное о ком-либо из моих людей — и вы труп, ясно?
Лицо Штейна выражало ненависть и презрение к Егору и доктору. Сеанс связи на этом прекратился. Жульбер всегда был не в ладах с разведкой, но другого доктора не было, поэтому он мог чувствовать себя спокойно, когда Штейн всячески ему угрожал, но теперь Жульберу мешали спасти его адмирала. Это породило в Жульбере чувство злости к Штейну и уверенность в том, что завтра он сделает все для спасения своего адмирала.
Егор, закончив сеанс связи, решил поговорить с доктором о завтрашнем полете:
— Господин Жульбер, я понимаю, что вопрос не очень приятный, но вы уверены, что вам удастся договориться с вашими коллегами о разминировании станции? И о том, чтобы вас не убили?
Вопросы Егора заставили Жульбера посмотреть на ситуацию по-другому. Перед вылетом Штейн приказал командиру эсминцев дежурить на выходе с базы.
