— Я не думаю, что тебе бы хотелось об этом узнать на ночь глядя — загадочно ответил капитан, — но, если ты всё же решишь идти к ним сейчас, то мне будет жаль найти такую хорошенькую девушку утром где-нибудь в канаве.
— Но мне некуда идти, — проговорила я, понимая, что, наверное, семью Дижо уже забрали их дети, а больше я в этом городе никого не знаю.
И тут этот любитель худосочных девушек в платках выдаёт:
— Ну я бы мог тебя пригласить к себе
— Ага, — сообразила я, — на самом деле, наверняка к дому Моран идти безопасно, просто этот (чу)дила, решил «поживиться» на незнании глупой девочки.
И что там в моих костях, укрытых грязноватой, после целого дня пути, серой тряпкой, могло его заинтересовать? Вот же извращенец! — подумала про себя, а вслух ответила:
— Если у вас всё капитан, то я бы всё-таки хотела пойти, вы правы, уже поздно, а мне бы хотелось прибыть к моему работодателю ещё сегодня.
С этими словами я встала и направилась к входу из небольшой комнаты, где проходил допрос всех участников незабываемой поездки.
— Стой, — крикнул капитан мне в спину, когда я уже взялась за ручку двери.
Я остановилась и удивлённо посмотрела на мужчину
— Я провожу, там правда небезопасно, — произнёс капитан.
Вот что мне было делать? Я бы с радостью отказалась, кто его знает, вдруг он сам меня в эту канаву потом и закинет?
Но настойчивый и наглый капитан уже подхватил меня под руку и выводил за дверь и вдруг со стороны выхода раздался незнакомый голос:
— Мари? Мари Фантен?
* * *Я обернулась на голос и… забыла, как дышать.
Возле выхода стоял просто потрясающий мужчина. Я здесь ещё таких не встречала.
Высокий, плечистый, со светлыми волосами, убранными в хвост, выразительные черты лица, при светлых волосах тёмные брови и глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами, чистая кожа, что в этом времени было большо редкостью. Одет не броско, но достаточно прилично. Тёмно-серый удлинённый камзол, подчёркивающий узкие бёдра и ширину плеч, из-под которого виднелась белая рубаха, в руках цилиндр. На стройных ногах такие же тёмно-серые брюки, заправленные в высокие сапоги.
На первый взгляд я бы дала ему около тридцати лет.
Мужчина был мне незнаком, такого я бы запомнила. А вот капитан его, похоже знал."
"— И что вы здесь делаете, господин Дижо?
Дижо! Меня затопила волна благодарности к пожилой паре Дижо, они меня всё-таки не бросили. Они прислали своего сына. О, а ведь он женат. Я представляла его себе этаким толстячком с пузиком, а он вон какой, просто мечта.
