Значит теперь надо разложить плитку вдоль улицы Вязов, так, чтобы Этьен мог беспрепятственно вернуться домой.
— Баронесса, мадам Таяна, — весело сказал Этьен, — пропустите, наконец, мадемуазель Мари во двор и давайте пройдём в дом, нам есть, что обсудить.
Когда мы расселись у стола, я заметила, что Этьен заинтересованно смотрит на мою и сумку и вспомнила, что у меня там ещё тёплые экспериментальные образцы от Марты.
Выложила несколько на стол, объяснила, как их есть. Баронесса сначала сморщилась, конечно, это была больше еда для простолюдинов, предполагалось, что едят руками, что было не свойственно аристократам.
Но, глядя на довольно жующего Этьена, мадам Таяна всё же решилась и попробовала откусить кусочек. И уже скоро и Этьен и баронесса с удовольствием поедали вкусные бургермарты. Этьен съел два и продолжил коситься на корзинку, но мне надо было что-то принести мальчишкам Моран, поэтому я больше ничего не стала доставать из корзинки.
— Никогда не пробовал ничего подобного, — искренне сказал Этьен
— Вы вообще практически первые, кто это пробует, — улыбнулась я, — эту удобную еду будет делать моя подруга Марта, владелица таверны у Марты.
Увидев в глазах баронессы узнавание имени, я закивала:
— Да, госпожа баронесса, это та самая Марта, пирожки которой так чудодейственно действовали на модиров
Я случайно проговорилась, но баронесса тут же зацепилось за множественное число:
— Мари, вы сказали «модиров», значит ли это, что вы видели многих?
— Только двоих, это было братья Ринальди, — грустно ответила я, понимая, что баронесса всё ещё надеется, что её сын жив.
Ни баронесса, ни Этьен не знали раньше братьев Ринальди, поэтому долго их расспросы не продолжились.
— Этьен, — спросила я, — готовы ли вы ко встрече с семьёй? Завтра я организую укладку плитки вдоль улицы и, надеюсь, что вы сможете сами дойти до дома вашей матушки, без риска обратного обращения
— А я смогу перемещаться только там, где есть плитка? — задал весьма верный вопрос Этьен."
"— К сожалению пока да, — грустно ответила я, — мы ещё не придумали как снять проклятие короля, но работаем в этом направлении.
Про себя даже «сплюнула», стало неприятно, что отвечаю людям словно бюрократ какой-то.
Но следующее, что произнёс Этьен, всё-таки успокоило мою совесть:
— Ну что вы не расстраивайтесь Мари, я уже рад и этому. Подумать только, завтра я уже смогу увидеть мою семью. Мне до сих пор кажется, что это сон.
Распрощавшись с баронессой и Этьеном, я отправилась в дом семьи Моран.
