Вечером того дня, когда мы встречались с вами, на меня напали, избили, кошелек украли… А «Треп» решил сенсацию продолжить, и теперь о семье Васильевых-Воронцовых пишет Силин.
– Он все врет!!!
– Да, простите.
– Ты меня обманул!
– Нет, нет, я попал в клинику и не смог купировать неприятность, да и не знал, что Силин устроил, только утром сегодня газеты получил, больше никаких публикаций не будет, честно, я заткнул фонтан.
– Хватит и тех, что появились!
– Но это не я! Наш договор остается в силе.
– Не похоже, ты его нарушил.
– Ей-богу, я в клинике лежу!
– Неправда, как и все то, что от тебя исходит!
Пищиков засопел, потом из трубки послышался снова женский голос:
– Зачем вы его так расстроили? Парню плохо.
– Пусть не врет, что побитым лежит, – сердито отозвалась я.
– Так и правда его лишь утром из реанимации в отделение спустили.
– И я могу приехать, посмотреть на Артура?
– Пожалуйста, записывайте адрес, – спокойно ответила медсестра.
Удивившись до глубины души, я вытащила блокнот.
Неужели журналист не солгал?
Я повернула ключ в зажигании и снова услышала лай. Ага, сейчас «медсестра» скажет:
– Пищикову стало хуже, вам не следует являться.
Но я все равно съезжу на место и, естественно, пойму, что никакого Пищикова в клинике нет и не было!
Но из трубки донесся приятный мужской баритон.
– Даша?
– Да.
– Похоже, мы не знакомы.
– И что?
– Но вам очень надо со мной встретиться.
– Мне?
– Да.
Заинтригованная сверх меры, я воскликнула:
– Кто вы? Назовите имя!
– Сергей Сергеевич.
– Простите, мы не знакомы.
– Именно с этой фразы и начался наш разговор.
– Извините, я сейчас тороплюсь.
– Куда?
Бесцеремонное любопытство собеседника выглядело по меньшей мере странно, но я все равно весьма вежливо ответила:
– В больницу к приятелю.
– Отложите визит.
– С какой стати?
– У вас есть всего несколько часов, чтобы узнать имя убийцы Милы Звонаревой, это не ее муж Константин.
Я лишилась дара речи, но потом, кое-как ворочая тяжелым языком, спросила:
– Вы кто?
– Сергей Сергеевич.
– А фамилия?
– Сергеев.
– Издеваетесь, да?
– Нет. Более того, сообщив вам имя и фамилию того, кто убил Милу, я дам вам орудие, ту вещь, при помощи которой актриса отправилась на тот свет. Вы немедленно отвезете ее следователю и тем самым сначала освободите Константина, а уж потом снимите с себя все грязные подозрения.
В моих висках сильно застучали острые молоточки.
