– Что? – насторожилась я.
– Вот и я поинтересовался: «Что?» – кивнул Владлен. – А эта сумасшедшая развопилась: «А, сам знаешь! Все! Лучше привези денег, я голодаю!»
В полной растерянности Богоявленский поехал к Шнееру, но Нина даже не впустила его в квартиру.
– Чего надо? – нелюбезно буркнула она, чуть-чуть приоткрыв дверь.
– Так сама позвала, – ответил Владлен.
– Я? – с фальшивым изумлением воскликнула Нина.
– Ты.
– Когда?
– Только что. Звонила, орала.
– Не было такого, – заявила Нина.
– За сумасшедшего меня считаешь? – закричал поэт.
– Езжай назад, – прошипела из-за створки Нина.
– Нина, – взмолился Владлен, – объясни, в чем дело! Зачем звонила?
– У меня после смерти Николаши припадки случаются, – дрожащим голосом сообщила Нина, – несу дурь, в идиотские ситуации попадаю. Отвяжись от меня.
Владлен не поверил ей.
– Но почему ты так злилась, – наседал он на вдову друга, – отчего звонила мне, орала?
– Не знаю! – окончательно вышла из себя женщина. – Кольке хорошо, а мне еще Люду на ноги поднимать.
Кто поможет, а? Ты? Сомневаюсь сильно! Хоть другом звался, только кем на самом деле был? Позвонил ли после Колькиного погребения хоть раз, спросил: «Ниночек, может, надо чего?» Катись прочь, иначе милицию позову и скажу: в квартиру лез, ограбить хотел! Да ты хуже Никиты Волка! Да!
– Ты, похоже, и впрямь умом помутилась, – пробормотал Владлен, испуганный упоминанием фамилии Волк. – Пора в психушку ехать.
– Убирайся, – сообщила Нина.
Дверь хлопнула, Владлен пожал плечами и пошел по лестнице вниз.
С Ниной он более не разговаривал, с дочерью Николая, Людмилой, никогда не встречался.
– У вас есть телефон Нины? – быстро спросила я.
– Был, – кивнул Владлен.
– Можете мне его дать?
Поэт подошел к огромному письменному столу и начал рыться в ящиках.
– Вот, – воскликнул он, вытаскивая потрепанный блокнот, – но он старый, уж и не упомню, когда звонил Нине в последний раз, пишите.
Сев в машину, я схватилась за трубку и стала тыкать пальцем в кнопки. Отчего-то набор цифр показался мне знакомым, вроде когда-то я часто набирала его.
– Алло, – прозвенел веселый голосок.
– Можно Нину?
– Тут такая не живет, – быстро ответила девушка.
Горькое разочарование охватило меня, но, решив не падать сразу духом, я быстро спросила:
– Вы, наверное, обитаете в этой квартире не со дня ее постройки?
– Нет, – хихикнула девица, – а что?
– Понимаете, тут раньше была прописана моя знакомая, Нина, я давно не звонила ей, и теперь, получается, совсем потеряла подругу.
