Но каждый сотрудник прекрасно знает: если ты стрелял и попал в человека, будь готов к тому, что эту ситуацию подвергнут самому пристальному и суровому расследованию, тебе придется исписать вагон бумаги, таскаться по судам и вообще потратить полжизни на делопроизводственную волокиту. Это в том счастливом случае, если ты все сделал безукоризненно и правильно.
Если же ты стрелял немножко неправильно (попробуйте во время внезапной схватки, что длится считаные секунды, все сделать по инструкции – я на вас посмотрю!), тебя вообще сотрут в порошок.
У нас, например, были случаи – за это людей просто сажали. Вот так.
Ладно, хватит об этом. Надеюсь, по проблеме применения все понятно.
В завершение скажу, как умер образцовый опер Дима Бурцев.
Был Бурцев по оперативной надобности на ночной дискотеке. То ли с «клиентурой» работал, то ли еще зачем, это уже не важно. Пошел в уборную – без всякой оперативной надобности, просто «до ветру», а там водевиль: обдолбленный в дым парниша с пистолетом дрессирует двух своих корешей.
Тычет «стволом» им в личики и орет, как бык на бойне: куда вы, подонки, дели мои «колеса»?!
Бурцев парнишу знал: натуральный отморозок без тормозов, мозгов нет, сплошь лобная кость. Откуда «ствол» взял – не понятно, но перспектива вырисовывалась более чем реальная: сейчас рассчитает своих корешей и пойдет «искать правду» в широкие массы отдыхающей молодежи. Со «стволом» и безнадежным безумием в страшно вытаращенных глазах!
Бурцев зашел тихо, парниша весь был сконцентрирован на своих дружках, стоял к двери боком, в общем – не видел его.
Анализирую ситуацию как опер.
Вариант № 1: так же тихо выйди обратно, подопри дверь чем придется и звони в отдел. Мало ли, что ты опер и вооружен – ты один, и ты не Чак Норрис!
Вариант № 2: вали, на фиг, с ходу. Пока он тебя не видит, преимущество за тобой. Доставай «ствол», и…
Бурцев выбрал третий вариант. «Ствол» доставать не стал, а ласково заговорил с этим ублюдком. Типа того, брось, Колян, дурью маяться, найдем мы твои «колеса», это не проблема…
Колян «без базара», без секундной паузы на размышление, высадил в Бурцева весь магазин.
Стрелок еще тот – Дима умирал восемь часов. Сделали все, что от нас зависело, поставили на уши всех столичных врачей, но спасти человека уже не смогли…
Вот так печально закончилась быль об умном менте, который всю жизнь работал головой и, как и подавляющее большинство коллег, старался всячески избегать применения оружия.
Я хорошо знал Диму Бурцева.
