Один – мой бывший командир, служил с ним год, второй – терминатор всея объединенной группировки, и оба они до недавнего времени трудились в какой-то крутой команде. А сейчас, стало быть, работают на нас! Иначе бы, сам понимаешь, не видать им такой информации – не стал бы Азаров кого ни попадя таскать в святая святых проекта. То есть радоваться надо: к нам идут лучшие люди страны, значит, наше дело правое и победа близка.
Все. Вот так и было раскрыто наше инкогнито. Просто и незамысловато…
Операцию по захвату базы отдела обеспечения возглавлял лично товарищ Иосиф.
– А вы что, с ним знакомы?
– Да уж куда нам, – Гена усмехнулся. – Но у нас на него столько всякой дряни было – как родного знали. Изучили каждое движение, каждую волосинку в усах и все изгибы любимой трубки…
Интересно… Получается, что захват базы был важнее, чем даже ликвидация вождей? Если сопоставить показания «управленцев» и «операторов», нетрудно заметить, что штурм усадьбы Зубова и захват базы происходили примерно в одно время.
Или, может быть, ликвидацией руководил кто-то еще более крутой, чем Гафаров? Интересно…
Собственно, захвата как такового и не было. Подъехал Гафаров с бойцами, вытребовал оперативного на катере, предъявил ультиматум. Что там был за ультиматум и связывались ли по этому поводу со штабом (потом стало известно, что к тому моменту штаб уже был захвачен), Леха и операторы не знают – они в ту ночь отдыхали. Но это не столь важно: главное, что дежурная смена во главе с оперативным добровольно сложила оружие, и вторжение на объект прошло без единого выстрела.
А все, кто не дежурил, были без оружия: их просто пересчитали по списку, локализовали в одном из блоков жилого сектора и приставили охрану. Операторов – Рому и Гену, сразу же, при первой проверке, отсортировали, посадили отдельно от всех, в соседнем корпусе и приставили к ним аж четверых охранников.
По прошествии примерно полутора часов – около двух ночи – Рому с Геной отконвоировали в служебный сектор и провели в родную «секретку».
Там сидел Гафаров и о чем-то задушевно беседовал с Сашей Панкратовым, который в ту ночь дежурил. Саша сидел на полу (там одно кресло), Гафаров – за столом, курил трубку и пил коньяк. Вид у него был такой, словно он полдня копал яму, а когда закончил работать, оказалось, что копать следовало совсем в другом месте – скажем, километрах в пятнадцати отсюда.
В общем, был он усталый и жутко недовольный.
