С его лица запросто можно было лепить маску Скорби для сатанинского бала.
Я его понимаю. Интеллигент, из прекрасной семьи, можно сказать, местная элита. Было дело – упал на дно. Но ведь вытащили, воткнули в многообещающий проект, можно сказать, вдохнули новую жизнь в человека.
А теперь все рухнуло. Мне приходилось в жизни соприкасаться с аналогичными судьбами. Люди с тонкой душевной организацией – интеллигенты в полном смысле слова, – волею случая сумевшие выползти со дна ямы, в которую единожды скатились, повторное падение переносят особенно тяжело.
Или – что чаще – не переносят вовсе. Просто сил не хватает.
Надо следить за парнем: в любой момент может вскрыться.
Людвигу, судя по всему, было все поровну. Он планово, по графику, «вставился» и завалился на лавке у ангара – вылавливать из соседних измерений разноцветные глюки.
Ну вот теперь и скажите мне, кому живется весело, вольготно на Руси?
По всей видимости, вот эта торчковая нирвана – заразная штука. Посмотрел я на Людвига, поразмышлял – как ему вообще… И на меня вдруг ни с того ни с сего навалилась полная прострация.
Короче, тоже стало все поровну.
Странно… Попробовал вызвать в воображении распаленное похотью розовое чудо с торчащими сосками – никакого эффекта. Чудо с недоумением пожало плечами и нырнуло обратно в глубины зажатого в тиски обстоятельств либидо.
Да уж… Зачем жить, жрать и размножаться, если жизнь кончена? Списали, приговорили, похоронили – осталось лишь исполнить…
Разуваев, напротив, вел себя так, словно ему в потаенные недра организма вставили бодрого электрического кролика.
Слонялся из угла в угол, возился с трофейными телефонами, зачем-то переставлял свою моченую карту в разные трубки.
Я вяло поинтересовался, зачем он это делает.
– Мои могут звонить. Ну, в смысле: если кто на воле остался…
Никто нам не звонил. Видимо, мы одни остались на воле.
От нечего делать я перечитал газеты. При первом прочтении не обратил внимания на одну деталь: в одном из материалов говорилось, что практически все сотрудники управления арестованы, в офисах идут обыски, создана специальная правительственная комиссия, которая уже вовсю ведет расследование деятельности нашей загадочной организации.
"
"Ага… Значит, не всех убили. Вообще, глупо было бы полагать, что все управление разом выведут в расход. Больно много народу! Получается, прав Разуваев. Мы – не одни такие. Людей, которые знают, чем именно занималось управление, довольно много.
