– Интересно… Ну а чего тогда вам еще надо? Арестуйте их, и вся недолга…
Оказывается, это нереально. Для организации полноценной «наружки» только лишь за одним торчком, который за дозу работает на барыгу и, гордо именуясь «ногами», таскает ширево своим собратьям, не хватит всего штата тутошнего отдела ФСКН! А «ног» этих в городе – что собак нерезаных, живут и носят дурь они неупорядоченно, можно сказать, хаотично и непредсказуемо.
– Понятно… И что вам нужно?
– Отвечаю. Мне нужна конкретная «наводка»: когда и где «ноги» берут у барыги дурь.
Требование: дури у барыги должно быть больше, чем на десять разовых доз по классификатору. То есть чтобы можно было смело хватать и заводить дело.
– Кхм… И как вы себе это представляете? Дать телефончик барыге: звякни, родной, когда у тебя при себе будет двадцать доз?!
– С иронией у тебя все в порядке. Со смекалкой – проблемы.
– Ну, объясните.
– Объясняю. Ваш тандем, ты и Зверев – случай нетипичный. Ты привозишь порошок, прячешь, часть выдаешь Звереву, к нему идут торчки, покупают и уносят.
Или тут же сразу и колются.
– Верно.
– Да еще бы неверно. Хм… Прячешь порошок, кстати, там же, в усадьбе Зверева. Не боишься?
– Мы с самого детства дружим. Я ему доверяю.
– Ну-ну… Так вот, Зверев у тебя – не «ноги», а скорее менеджер.
– Почему?
– Потому что «ноги» – ходят. И носят. Наглядный пример: в парке у тубдиспансера сидит Химик – погоняло такое, вроде газетку читает. Имеет при себе 0,9 грамма порошка, за это не сажают, ты в курсе. По классификатору это девять разовых доз, а на деле с такого веса только-только двоим в «системе» торкнуться.
Потому что порошок у них – дрянь. Подходят торчки, берут. Химик скинул порошок, пошел, еще 0,9 взял. Так это и работает. Вот это – «ноги».
– А он к дилеру ходит?
– Да ну, брось ты – к дилеру! Барыга сидит в Торквелове, выдает Химику на день по десять грамм, Химик прячет, где ему в голову взбредет, и носит помаленьку.
– Нас интересует момент, когда дилер дает Химику дневную партию?
– Точно. Вот этот самый ключевой момент… Короче, не думаю, что Химик ежедневно ездит в Торквелово.
– Почему?
– Потому что у каждого основательного барыги как минимум пять-шесть, а порой и около десятка приторченных «ног». То есть больные, по сути, люди, в дороге с ними может случиться что угодно. Нельзя их с товаром посылать. Я себе это так вижу: барыга едет сам, на своей машине, у него везде все пробито и подвязано, его никто не тронет. Назначает место, «ноги» туда подтягиваются, ждут.
