– Женщина, тебя долго ждать? – насмешливые слова привлекают всё внимание и заставляют улыбнуться.
– Иду я, – буркнув, делаю шаг вперёд.
Как бы пережить этот вечер и ночь?..
Глава 29
– Когда ты всё успеваешь? – я осматриваюсь по сторонам, открывая рот от вида красивого ремонта. Нет, у нас в квартире с ремонтом тоже всё хорошо, но тут… Даже пол блестит. И выглядит так, будто стоит целое состояние.
Делаю шаг в сторону, вставая на коврик. Песочек с кроссовок ещё попадёт. А меня потом совесть мучить будет.
Слава скромненько стоит рядом.
Не решается войти, как и я. Зато босоножки уже сняла. Стоит в белых носочках. Не боюсь, что они потом станут серыми.
– Я не особо заморачивался, – протягивает руку и забирает у меня сумку. – Чего встали, как неродные?
Фыркаю, снимаю кроссовки.
– А вы помирились? – вдруг спрашивает тихонько Мышка. Ей прозвище это подходит. Она то затихнет, что её не услышишь, то порой бегает и веселится так, будто кот спит, и можно побеситься.
– Мы в процессе, – отвечает Артур. Что же он так с ней сложно разговаривает? Она ж ребёнок.
И с ней надо попроще.
– Почти, – хватаю её за ручку и хочу провести её в комнату. Кошусь на Беркутова. – Куда нам?
– Слава может выбрать любую комнату, – хмыкает и проходит вперёд, обгоняя нас. – А ты…
Осматривает меня с головы до ног.
– У тебя выбора нет. Спальня здесь одна.
А он не офигел?!
Так резво!
Мы уже обсуждали, что спим раздельно."
"И семья у нас… пока не настолько серьёзная, чтобы спать вместе.
А он уже в одну кровать решил…
– Да, ты прав, – цежу сквозь зубы, решая не устраивать сцены перед ребёнком.
– Мышонок, иди, выбирай себе комнату.
– Правда? – тихо шепчет. – Я могу?
На эти слова ей летит лёгкий подзатыльник. Совсем-совсем. Артур едва касается пальцами макушки.
– Перестань спрашивать разрешение.
Жестоко…
Но он прав. Мышка постоянно так. Спрашивает «можно ли». Например, порисовать – хотя это её подарки. Скушать яблоко. И даже лечь спать.
Понимаю, что это последствия детского дома. И сердце каждый раз болит.
Это нам предстоит решить.
Малышка скромненько идёт по первому этажу. И пока она отошла, хватаю Беркутова за ворот рубашки, притягивая к себе. Хотя, скорее, он позволяет мне это сделать.
– Спать мы будем раздельно, – предупреждаю его, выпаливая прямо в красивое и идеальное лицо. – Запомни.
И не потому, что я его ненавижу или как-то плохо отношусь. Нет…
Боюсь не сдержаться.
– Не могу же я сказать это ребёнку, – усмехаясь, обхватывает мою ладонь. Током прошибает.
