А мне необходимо как кислород.
– Не лезь, Мил, – прошу её.
У меня есть планы. И боюсь, мелкая всё испортит. И так у меня слишком много рисков.
– Капец. Вот так помогай тебе.
– Я о помощи не просил, – чиркаю зажигалкой и вставляю сигарету в зубы. Дрянь редкостная. – Просто сообщай, как у неё дела.
– Да ну тебя. Сам справляйся.
И отключается.
Невыносимые девчонки!
Телефон сам летит в панель.
Нет, спасибо ей. Но не так это делается.
Извинюсь как-нибудь потом. А пока хватаю ключи и завожу мотор, возвращаюсь обратно в офис.
Мира
В кафе.
– Понимаешь, малыш…
У меня язык не поворачивается сказать страшную правду. Что папы у нее не будет.
Ей достанется только мать, одиноко живущая с котом.
А ведь она мечтает о другом. Как и все нормальные дети, хочет полноценной семьи.
Если я скажу ей, что папы не будет… Увижу это расстройство в маленьких голубых глазах. Испорчу этот трогательный момент. Её настроение.
И потом буду чувствовать себя еще хуже.
– Мой молодой человек…
Запинаюсь и не знаю, что сказать.
Его ведь нет. А я откровенно несу чушь, глядя в лицо этого чистого ангелочка.
– Он сейчас далеко отсюда, и я не могу вас познакомить. Приедет позже. Но я рассказывала ему про тебя, и он жутко хочет с тобой познакомиться.
Вру и не краснею. Самой на душе тошно. Что обманываю ребенка. Дарю ей надежду, которой нет.
Мира, ты дура.
Зачем ты говоришь это ребенку?
Надеюсь, что она забудет этот разговор к тому времени, когда я удочерю её. Или мне придётся что-то придумать. Найти папу, который придёт ей по душе.
– А ты ему обо мне уже рассказала? – наивно спрашивает, хлопая светлыми ресницами.
– Конечно!
– А что именно? – любознательное чудо сильнее заставляет меня мучиться.
– Ну-у-у, – прикасаюсь к её розовой щёчке и улыбаюсь. – Что ты жутко честная и прямолинейная. И на бомжа не похожа.
Тихий смех чуть разряжает обстановку.
– А он? Какой он? – бубнит с ложкой во рту. Болтает ножками и вновь невинно смотрит на меня.
– Умный, – выдаю первое, что приходит в голову.
Мира, остановись!
– Красивый, – продолжаю. – Тёмные волосы, ресницы. Карие глаза… Настоящий красавец!
– А добрый?
– Добрый. Но иногда бывает груб. Очень чуток, ласков и…
Пальцы сжимают стаканчик ягодного щербета.
Почему, когда я говорю об этих качествах, думаю об одном человеке?
И образ чёткий.
Его.
– Что и? – допытывает. А я не могу. Мотаю головой, прогоняя образ Артура."
"– А вот узнаешь потом, – щелкаю её по носу. – Когда познакомишься с ним.
