– Варечка, девочка моя, – хочу ласково, но получается агрессивно, с угрозой. – Не сопротивляйся, принимай, – сжимаю ее грудь через бюстгальтер, хаотично зацеловываю шею.
– Герман… Пожалуйста, – уже шепчет, но сдаётся, прекращая сопротивляться.
– Прости меня заранее, не могу тормознуть себя, – хриплю ей в ответ, меня разрывает от дикого, ненормального возбуждения. Дергаю чашечки бюстгальтера, оголяя грудь. Девочка немного шокирована. Не привыкла к такому обращению, но на другое я сейчас не способен.
Мне нужно выплеснуть весь этот день.
Разворачиваю ее к себе спиной, подталкивая к дивану, обнимаю сзади, накрывая ладонями грудь, сжимаю соски, одновременно прикусывая мочку уха. Щипаю соски, наслаждаясь тем, как они наливаются в моих руках и как дрожит ее тело. Варвара ахает. Поворачиваю ее лицо к себе, обхватывая шею, пытаюсь поцеловать.
– Отвечай мне! – требую, кусая губы. Другой рукой дергаю, пуговицу на ее брюках, тоже отрывая. Вот такой я сегодня зверь. – Отвечай! – начинаю заводиться, дергаю ее брюки, спуская с бедер.
Варвара приоткрывает рот, впуская меня, но не отвечает. По хрену. Я сам заберу у нее все, что хочу. Целую, зализываю агрессивные укусы, стягиваю с нее трусики, оставляя их болтаться на коленках вместе с брюками. Запускаю пальцы между ножек, растираю клитор, не ласково, не жалея. Варвара всхлипывает и кусает мои губы. Больно. Но меня оглушает вспышкой возбуждения. Скольжу пальцами внутрь: горячая, узенькая и, мать вашу, мокрая.
Да, моя плохая девочка, это заводит. По-животному, но заводит.
Все, не могу больше. Прелюдии закончены. Мне очень нужно в нее. Отпускаю Варвару, нажимаю ей на спину, вынуждая нагнуться над диваном.
– Коленками на диван и прогнись, – тон приказной, нетерпеливый, но девочка слушается."
"Рассматриваю упругую попку, быстро расстёгиваю ширинку, выпуская давно каменный и болезненно пульсирующий член. Наклоняюсь, целую попочку, обхватываю бедра, сжимаю, упираюсь членом в горячие складочки и вхожу одним грубым, резким толчком.
Хрипло стону, под ее вскрик наклоняюсь, собираю растрёпанные шёлковые волосы, тяну немного на себя, вновь обхватываю ее шею, прикусываю мочку уха, начиная двигаться. Ускоряя темп, глубже, резче, преодолевая сопротивление тугих мышц. На каждый мой толчок Варя стонет. Так сладко. Невыносимо сладко.
– Ты моя, Варвара! – рычу ей на ухо после еще одного сильного толчка. – Только моя! – задыхаюсь.