— Готовы?
— Да, — киваю, надеваю пальто и выхожу. Мужчина пропускает вперед, следуя за мной. Сердце снова замирает. Я впервые в жизни не знаю, что со мной будет за порогом этой больницы. Выходим. На улице тепло. Снег тает, создавая на дорогах грязную кашу. Но я дышу глубже, глотая свежий воздух. Такая простая вещь, как кислород, оказывается очень дорогой, когда ты узнаешь ей цену.
— На стоянку, — Леван указывает на большой и агрессивный тонированный внедорожник. Какие мужчины, такие и машины. Мужчина обгоняет меня и открывает дверь.
Заглядываю внутрь.
— Садись, Ася."
"Баро внутри. Совершенно другой. Я привыкла видеть его дома, в спортивном костюме, футболке, ну, на крайний случай, в свитере. А сейчас на нем черно-угольный костюм и чёрная рубашка с воротником-стойкой, как у падре. Вот только грехи этот мужчина не отпускает, он, скорее, искушает.
Сажусь рядом. Дверь с моей стороны захлопывается.
— Добрый день, — произносит Барон, осматривая меня. Такой весь лощеный и дорогой. Часы на запястье с кожаными браслетами на одной руке, печатка с черным камнем, тяжелый парфюм, ни одной складочки на рубашке и ни одной соринки на костюме.
Меня сносит от его давящей энергетики. Он из тех людей, в обществе которых всегда чувствуешь себя неуверенно.
— Привет. Спасибо за цветы и одежду.
Я сегодня хорошая, вежливая девочка. Плохо кусать щедрую руку, которая дает. И я стараюсь быть милой.
Мужчина просто кивает.
— Тебе выписали лекарства?
— Да.
Требовательно протягивает руку, вынимаю бумажку, отдаю.
— Леван, аптека, — отдает чёткий приказ. Мы проезжаем метров сто и тормозим. Баро отдает рецепт, и охранник спешит в аптеку.
— Куда мы едем? — интересуюсь я, осматривая салон машины. С моим «властелином колец» не сравнится. Бежевая кожа, все новенькое, сверкает, напичкано электроникой. Мне жутко хочется прокатиться за рулем. Почувствовать под собой этого зверя.
— Мы едем домой, — так буднично отвечает он, словно у нас есть общий дом. Киваю, вдыхая глубже.
— Не нужно так вздыхать, красивая. Ты дала убежище мне, я – тебе. Я плачу по долгам.
— Несоизмеримо много ты платишь, я не рассчитаюсь.
— А ты просто принимай, — ухмыляется такой самоуверенный гад.
— Мне нужно сообщить брату о том, что со мной все хорошо.
— Мы же пришли к решению, что этого пока делать нельзя. Ты обещала меня слушать.
Вообще-то я не обещала, но Баро я об этом не сообщаю.
— Я понимаю, но Денис должен знать. Пусть не в деталях, но все же.
