– Ты чего так побледнела-то? Я же пошутил! Не смешно разве? Ты всерьез считаешь, что я могу думать о тебе так? Да ты первый человек, который проявил ко мне совершенно искренний интерес, которому ничего от меня не нужно!
Он встал из-за стола, обнял меня, так и застывшую с силиконовой лопаткой в руке, и заглянул в глаза:
– Ань, ну, не обижайся, а? Если хочешь, я не буду больше…
У меня отлегло от сердца, но пришлось немного подуться для вида:
– У тебя очень странные шутки. Я иногда совершенно не понимаю, где ты серьезный, а где – нет.
– Мне иногда хочется расслабиться, напряжение сбросить. Постоянно продумывать ходы и искать новые варианты очень сложно, вечно что-то изобретаю, думаю, думаю… и в последнее время мне все хуже это удается. – Гек сдул с моего лба челку и улыбнулся грустно: – Хорошо, что хоть ты есть.
В этот момент меня снова пробрало – если бы он знал, что на самом деле и меня-то у него нет, и как только я выполню то, что обещала Мише, в тот же миг исчезну и даже телефонный номер сменю, чтобы он никогда не смог меня найти.
Аделина
Оксана приехала довольно скоро, поморгала фарами, не заезжая под шлагбаум, и я, быстро миновав проходную, села на переднее сиденье:
– Привет.
Оксана чмокнула меня в щеку:
– Ты никуда не торопишься, я надеюсь?
– Нет. А что?
– Поедем к нам.
– Зачем?
– Поужинаем. Там Сева кролика с чечевицей запекает, знаешь же, как у него это замечательно выходит.
Я повернулась и подозрительно посмотрела на подругу. С того момента, как она приезжала ко мне с перекошенным после инъекций лицом, прошло время, невролог не нашел никакой «своей» патологии, а Мажаров, которого я попросила посмотреть мою подругу, сказал, что действие инъекции пройдет и складка выровняется.
Оксана успокоилась и не звонила больше, а сегодня вдруг зовет на ужин, что, скорее всего, подразумевает, что у них я и останусь.
– Что-то случилось?
– Почему что-то должно случиться?
– Ну, не знаю. Ты так и не позвонила после консультации с хирургом, но вижу, что лицо твое почти пришло в норму.
Мне показалось, что ты осталась недовольна.
– Драгун, ты это серьезно? У меня просто дела были. А Севка с тобой о чем-то хотел поговорить.
– О чем?
– А я знаю? Вот приедем – и поговорите.
Можно подумать, мне мало загадок в жизни, мало неприятностей! Что может быть нужно от меня журналисту Севе? Ну, точно ведь не интервью.
– Как твои дела с долгом? – вдруг спросила подруга, сбрасывая скорость – мы въезжали в зону, отслеживаемую камерами видеонаблюдения.
