Строгая билетерша в затянутом сером костюме посмотрела подозрительно.
Федя спросил, где директорская ложа, а билетерша спросила, где его билет, воспоследовали объяснения и препирательства, а свет меж тем медленно погас, как будто задули свечи.
В ложу он вбежал, когда на сцену уже вышли артисты. Строгая билетерша поспешала за ним, чтобы в случае недоразумения немедленно изгнать.
Озеров оглянулся и прошептал раздраженно:
– Где ты ходишь?..
– Был уличен в безбилетном проникновении, – зашептал Федя в ответ, быстро подсаживаясь, – и отконвоирован сюда.
Билетерша бесшумно скрылась, Максим Викторович махнул рукой – молчи, мол.
Федя уставился на сцену. Декорация была богатой и красивой, никаких подвешенных на колосниках стульев и колышущихся в воздухе полотнищ, символизирующих, как правило, внутренний непокой героя.
Красавец с тугими кудрями – в коридоре он говорил истеричной дамочке, что она поплатится за все, – объяснялся этой же дамочке в страстной любви. Глаза у него горели, голос дрожал, руки дрожали тоже – из директорской ложи было видно каждую подробность.
Дамочка смотрела на него неотрывно, как будто все туже и туже между ними натягивалась струна.
В зале никто не смел шевельнуться.
Даже Озеров подался вперед, оперся локтями о бархатный парапет, пристроил подбородок в ладони и замер.
Федя не уловил момента, когда перестал слушать текст и смотреть на игру артистов, а начал жить с ними одну жизнь, и в какую минуту ему стало важно, чтобы она непременно осталась с ним, чтобы разрешились все противоречия, ведь совершенно ясно, что друг без друга эти двое погибнут!.
.
Когда вдруг вспыхнул свет и пошел занавес, он ничего не понял.
– Великая сила искусства, – сказал Озеров с удовольствием, засмеялся и потянулся. – А я тебе что говорил?! Это не просто хороший театр, это отличный театр! И труппа отличная. Мы с тобой запишем шедеврик, Федя, вот увидишь! Ну? В буфет?
– А что, антракт? – глупо спросил Величковский.
– Он самый! Давайте с нами в буфет, Георгий! Мы с дороги, есть очень хочется.
Только нужно быстро, а то за нами сейчас придут от директора, и не будет нам никакого буфета, а будут одни сплошные разговоры.
– Да можно и в буфет, – согласился их неожиданный сосед. – Чего ж не сходить?..
В буфете было не протолкнуться, но ловкий Озеров за руку вытащил из толпы Федю, который начал рассматривать фотографии артистов, сунул его в очередь, а сам нашел за колонной свободный столик.
– Чего брать? – спросил сосед.
