"
"Золотистая луна, полноправная властительница ночного неба, с особенным сочувствием, которое есть только у женщин, обычно тех, которые имеют детей, или у священнослужителей, отрешенных от мирского, посмотрела на спящего молодого человека сквозь стекло окна.
* * *Еще один человек – светловолосая девушка, в окно которой нежная луна тоже заглядывала в этот поздний вечер и которая тоже никогда не делила свою постель ни с кем, кроме родственников, вспоминала Сашу. В эти минуты она тоже находилась в кровати, обнимая, как и всегда, пухлую подушку в яркой оранжево-розовой наволочке с бабочками, и размышляла над тем, что Нике, наверное, все-таки повезло, что в ее жизни есть вот такой вот чудак с серьезным взглядом, который добивается ее благосклонности.
Самой Марты никто не добивался, и, самое главное, этого не делала ее платоническая любовь по имени Феликс, что жила в далеком дождливом королевском Лондоне. Скрипачка переписывалась с талантливым пианистом, желая встретиться с ним и, как и всякая девчонка ее возраста, мечтая о том, что, быть может, он все-таки влюбится в нее.
Однако она понимала и то, что Феликс сильно занят – почти все свободное время посвящает музыке, ведь его ждет славное будущее, и он должен заниматься на пианино, чтобы оправдать ожидания своих наставников и родителей. Свои ожидания – а ведь он в глубине души тщеславен, как и все музыканты.
Да и у самой Марты времени на что-то еще, кроме скрипки и учебы, было маловато.
Девушка заснула с мыслями о Феликсе и Саше – а о нем было думать так же приятно, как и о лондонском пианисте, и почему-то при этом хотелось еще и губу закусить, чтобы не улыбнуться.
Никин бывший парень хоть и был дураком, все же нравился ей – почему-то его твердый характер воздушной Марте был по вкусу, и хотя она понимала, что у них, конечно же, ничего и никогда не будет, но разрешила себе немного помечтать о том, что однажды около нее появится парень, похожий на Сашу, и подарит такой же красивый букет из роз.
Марта провалилась в сон, внутренним взором видя картинку, где она обнимает этакую расплывчатую копию Александра, а проснулась с мыслями о том, что сегодня ей снилось что-то до безумия приятное, весеннее, взволнованное, бальное и напоминающее «Звуки весеннего вальса» Штрауса. Чувствовала она себя отдохнувшей и немножко радостной, и даже без особого напряга, который обычно сопровождал ее раннее пробуждение, встала с кровати.
