Рыжеволосая девушка знала, что лучше не приводить маленького ребенка на кладбище, и обычно ходила к Андрею одна, ранним утром – приносила цветы, убиралась на могиле, высаживала растения, ухаживала за ними, просто сидела рядышком, на скамейке за столиком, мысленно разговаривая с Андреем и рассказывая ему о том, что с ними происходит. Насте казалось, что он слышит ее, и ей от этого почему-то было легче. Когда появилась Полина – дочка, ходить часто к Андрею Настя не могла, потому как вся была в заботах о младенце, но когда Полина подросла, вновь стала бывать на кладбище чаще, иногда беря ребенка с собой.
Никого из так называемых друзей Андрея Настя ни разу не встретила, хотя иногда видела на могиле, под памятником, венки или букеты, все, как один, дорогие и шикарные. Да и памятник ему поставили без ее участия – но кто, рыжеволосая девушка не знала. Когда Настя пришла сюда и увидела печального темного ангела с одним крылом и скорбно вытянутой кверху рукой, то не сдержалась и разрыдалась, впервые в жизни обняв холодный черный и безучастный ко всему мрамор.
Но сегодня ей пришлось прийти сюда вместе с дочкой, и не потому что, как это часто бывало, ее не с кем было оставить, а потому что Насте вдруг подумалось, что Андрей хочет увидеть ее. По крайней мере ей приснился такой сон, а им девушка почему-то доверяла. Вот и приехала как дурочка, столкнувшись с братом Андрея.
* * *Никита недоверчиво поглядел на стесняющуюся голубоглазую девочку, которая глядя на взрослого дяденьку, вслед за мамой положила свои лилии на могилу, отошла на пару шажков назад, полюбовалась на цветы, поправила их по своему разумению и снова спросила у мамы серьезным голосом:
– А папа за ними придет?
– Да, придет, – ласково улыбнулась Настя дочери и обняла девочку.
– Ее зовут Полина, – сказала она Нику отстраненно. – Ей два с половиной года. Она у нас очень умненькая. Ходит в садик. Полина, поздоровайся. Это твой дядя, – несколько запоздало попросила она дочку. Та, не отрывая от Ника восхищенного взгляда, сказала громко:
– Здравствуй.
Сколько себя Никита помнил, с маленькими детьми он никогда не общался, а поэтому невнятно буркнул, рассмешив Настю:
– Привет.
– Я – Полина! – И ребенок уставился на молодого человека, ожидая, когда тот представится. Кларский, которого факт того, что у старшего брата есть ребенок, сильно радовал, недовольно взглянул на рыжеволосую. Та поспешно сказала дочке:
– Этого дядю зовут Никита.
– Ты к папе пришел? – продолжал ребенок с интересом.
– Да.
