Визгливый смех, сопровождающий его, зазвучал громче.
– Опять ты уходишь, – со злостью прошептал парень в спину брату. – Вы все уходите.
– Ты один раз тоже ушел, – справедливо заметил едва слышным голосом тот, не совершая шагов, но необъяснимо отдаляясь от Никиты. – Однако ты вернуться можешь, а я – нет.
– Не уходи! Стой!
Андрей вдруг послушно замер и все же повернулся в полуанфас, и Никите стало необъяснимо страшно, как загнанному в стойло животному, почуявшему несущее смерть землетрясение. Лицо старшего брата было бледным, будто облитым воском, только вот карие прищуренные глаза продолжали смеяться.
Противное хихиканье стало еще громче и резало слух совсем уж откровенно.
– Заткнись, – зло сказал смеху Андрей и исчез.
– Вернись!
– Против… просто иди, – прошептал ветер в спину Никите и тоже умчался. На том месте, где только что был старший брат, появилась небольшая черная лужа, которая все разрасталась и разрасталась. Миг – и Никита обнаружил, что стоит у берега идеально круглого озера, от которого исходит тот же терпкий недобрый синеватый холод, что и от Андрея.
Ему казалось, что старший брат отправился туда, в непрозрачную воду, от близости которой кружилась голова.
Там, он скрывается там! Оттуда его можно будет вытащить! Забрать силой. Помочь!
Не долго думая, Никита сделал несколько шагов по направлению к озеру с твердыми намерениями помочь Андрею выбраться из вечного холода, и через пару секунд уже безвольно погрузился под ледяную воду с головой, перестав дышать.
Никто не мог сопротивляться этому озеру. И кто сказал, что в нем была лишь обычная вода?
«Храбрый недоумок, – поплыли по небу чьи-то фиолетовые расплывчатые мысли, – куда полез, щенок! Вернись назад!»
«Дерзкий поступок! – Яркие буквы цвета морской волны взвились над горизонтом, они явно выражали ободрение. – Смелый мальчик. Пусть получит подарок за чистые помыслы и смелость».
Неведомая сила выбросила переставшего дышать Никиту из воды на берег, и над ним, на потемневшем и ставшим темно-синим небе, уничтожив бумажное помятое солнце, вспыхнули яркие звезды.
Они образовали полукруглый венец, всполохами переливаясь и сияя, а потом, одна за другой, под предводительством Геммы, самой яркой из них, заскользили по воздуху вниз, к груди Никиты.
Осторожно, одна за другой, звезды вошли в его сердце, запечатлев в нем рисунок Северной Короны.
Никита открыл глаза и резко сел в кровати.
Он проснулся, словно от удара по голове.
