Ударная порция адреналина, выплеснувшаяся в кровь, заглушала боль в плече. Благодаря этому я смог справиться с тетивой. А спустя несколько секунд с последним врагом было покончено! Выронив лук, я опустошенно опустился на землю.
Вся схватка заняла буквально несколько минут, но протекала в бешеном темпе, так что вымотался я изрядно — должно быть, сказалась большая потеря крови. В пылу сражения, подхлестнутый выбросом гормонов, я этого не замечал, но вот сейчас несколько сдал. Вообще-то странно: я полагал, что мой мутировавший организм справится с повреждениями и слабостью несколько легче.
Немного отдышавшись, я занялся ранами. Первым делом отломил торчащий под ключицей наконечник стрелы, а потом, заведя руку за спину, выдернул остатки черенка. Одна есть! Продолжая лечение, залепил входное и выходное отверстия раны жеваным тысячелистником — он оказывает обеззараживающее воздействие и улучшает сворачиваемость крови. Потом с грехом пополам перевязался, наложив на раны высушенный сфагнум[20] и прихватив все это дело кожаной полоской.
Не бог весть что, но пока сойдет. В большей степени я полагался на свои возросшие регенеративные способности.
Вот со второй стрелой придется повозиться: костяной наконечник застрял в бедре, паскудно царапая кость при каждом движении. Судя по первой стреле, форма наконечника не позволит вытащить его из раны, скорее он соскочит с черенка. Но этим придется заняться позже. У меня еще остались незаконченные дела, а операция предстоит не быстрая и неприятная.
Собравшись с силами, я поднялся с земли и, прихрамывая, двинулся осматривать тела врагов.
Выпотрошенный эльф был еще жив, но для беседы уже не годился. Свернутая шея прекратила его мучения. А вот насаженный на копье правки не требовал, и я направился дальше.
Обратив внимание на то, что давно не было слышно дракона, спросил:
— Чего притих-то?
— Кушаю, — степенно ответствовал Мэд.
Выяснилось, что пока я крошил врагов, ящер вдумчиво питался.
А как же, зиланты и есть те самые «плохие звери». То есть подходящая растущему организму пища. Поэтому, покуда я воевал, дракончик жадно впитывал испускаемые подыхающими змеями флюиды.
— Ну-ну, вкушай, дело хорошее.
Переходя от одного к другому, я проверил стрелков. Первый был надежно и бесповоротно мертв, а тот, которого я ссадил из пращи, напротив — пока жив и, похоже, протянет еще какое-то время. Удачно! Мне хотелось прояснить несколько вопросов.
