05)
Ника
Я словно прячусь от всех проблем в этом сладком забытьи.
Мне хорошо. Тело такое податливое и мягкое. Почти парю в воздухе.
Мне кажется, или в душевой реально туман? Это, наверное, пар. Вода была довольно горячая. Этот пар – как волшебная дымка. Можно представить, что мы все втроём снова в воздухе… высоко-высоко над всеми проблемами…
Не хочу думать ни о чем плохом.
Хочу забыться. Наслаждаться…
Неожиданно меня словно встряхивает. Это Костя. Мой «постоянный», ведь Константин значит постоянный, да? Мой командир воздушного судна.
Суровый и серьезный.
Суровый… Вижу в глубине его глаз то, что мне совсем не нравится.
Он зол на меня. Да я знаю, что зол. И… неужели он хочет причинить мне боль? Сделать со мной что-то плохое? Ведь нет?
Почему он не может быть таким же как Марк? Нежным, ласковым, страстным?
О, нет, он тоже страстный, конечно… я помню, как он ласкал меня. Но… Если я чувствую, что Марк действительно очарован мной, хочет меня, а Константин…
Он как будто хочет меня разгадать. Точно! Он не просто мужчина, который жаждет получить от женщины ее тело и душу.
Он хочет узнать все тайны, выпытать все секреты.
А секреты у меня есть. И раскрывать их я не собираюсь.
И еще… почему-то у меня возникает мысль, что Константин не слишком любит женщин. Не в том смысле, что он не традиционен, совсем нет. Более чем. Он настоящий мужчина.
Но женщины для него всего лишь машина для удовольствий. Игрушка, в которую можно поиграться и выбросить. Вещь необходимая, но такая, от которой потом можно без сожаления избавиться.
Это меня пугает. Больно думать о том, что я для него никто. Ничто.
Ничтожество.
Почему я думаю об этом?
Боже, мне надо совсем о другом думать! Мне надо как-то выбраться отсюда.
Сбежать? Вряд ли мне это удастся... Но я должна поторговаться за свою свободу.
Возможно, если я им дам то, что они хотят, меня отпустят?
Если я подарю им свою невинность?
Или… может, получив ее они потеряют бдительность и мне все-таки удастся ускользнуть?
Мне бы только выбраться! Дальше я придумаю что делать!
Прижимаюсь к могучему торсу моего мучителя, изображая блаженную улыбку, вздыхаю, чтобы грудь моя чуть сильнее выскользнула из полотенца.
Костя смотрит на меня, ухмыляется.
- Что, не терпится, малышка? Так сильно хочешь?
Я молчу, стараясь сохранить выражение лица. Главное, чтобы он не понял, что я боюсь…
А я боюсь.
И хочу…
Очень хочу, чтобы он посмотрел на меня иначе. Как на женщину. Красивую, желанную. Единственную.
