ведь иначе бы она не согласилась на такую работу!
Мой кулак двигается с такой быстротой, что руку сводит от напряжения.
Чувствую, как удовольствие подступает вплотную. Я просто смотрю в её глаза и дрочу как одержимый школьник на журнал Максим.
Сцепляю зубы, когда острый и охрененно яркий спазм проходит по моему телу.
- Сука! - цежу я сквозь плотно сомкнутые зубы.
Прикрываю глаза и громко стону вслух, не стесняясь собственного желания.
Сперма выплёскивается из конца горячим фонтаном.
Часть попадет на её влажные блестящие волосы, а часть падает в воду.
Блаженство и расслабленность заполняют каждую клеточку тела.
Ноги будто немеют. Даю себе несколько секунд отдышаться и отпускаю её волосы.
Девчонка тут же вскакивает на ноги.
- Урод! - кричит она на весь пляж. - Животное!
Я лишь слабо улыбаюсь в ответ.
- Пошли искупаемся? Я тебе волосы отмою?
- Ни за что! - Ника шарахается от меня словно я и правда дикий и опасный зверь.
- Ну как хочешь, - пожимаю плечами я и окунаюсь в приятную солёную прохладу.
Проплыв несколько метров, я разворачиваюсь и не без удовольствия наблюдаю, как её упругая круглая попка быстро скрывается за небольшим зданием закрытого на ночь бара.
Чёрт. Это было охрененно!
Надо будет непременно рассказать Марку об этом приключении.
Я снова ныряю в прохладу и разрешаю волнам нежно покачивать теперь полностью расслабленное тело.
Глава 22
Глава 22
Ника
Сволочь, сволочь, гад, негодяй, мерзавец!
Урод!
Меня трясет. Трясет от негодования и…
Боже, меня трясет потому, что я опять испытала ЭТО!
Оргазм.
Дикий, такой яркий, долгий, невозможный!
Как я могла снова поддастся на эти ласки? Зачем позволила ему увести меня в море?
Захожу в номер, резко хлопая дверью, прислоняюсь, опускаясь по косяку вниз. Плачу…
Глупая, глупая девочка!
Они ведь мою жизнь сломали! Все разрушили! Я по их вине оказалась без дома! Не просто без дома. Они из меня сделали парию! По их вине у моей мачехи оказались развязаны руки, и она сделала все, чтобы удалить меня из жизни отца. Впрочем, отец, если бы хотел, мог бы ей возразить, мог бы встать на мою защиту.
Не хочу думать об этом.
И о другом тоже.
Об этом красавце плейбое который так запросто может сломать меня, мою волю!
Но как же мне было хорошо! А потом стало так мерзко…
Заставляю себя подняться, бреду в ванную комнату. Мне необходимо вымыться. Чувствую себя грязной после ночи, проведенной на пляже, после того как руки мексиканцев касались моей кожи и…
И после всего, что делал Константин.
