- Вероника! – она уже зашла в мою комнату, конечно, без стука! Заканчиваю умывать лицо, смотрю на себя, выдавливая из тюбика зубную пасту. Сестричка распахивает дверь – мне и в ванной нельзя побыть в одиночестве!
- Ты…
- Доброе утро. Что случилось? Почему ты так орешь?
- Я ору? – она смотрит на меня почему-то так странно, словно… словно она знает обо всем, что было со мной вчера! С одной стороны в ее взгляде восторг, с другой – презрение и ужас. – это я еще не ору! Вот сейчас придет моя мать и ты поймешь, что значит ор!
- Не кричи, правда, голова болит… Что случилось?
- Голова? А между ног у тебя ничего не болит?
- Что?
- Ходить-то можешь, сестричка?
Холод ползет по спине, когда я понимаю, почему она может об этом спрашивать! Ей что-то стало известно о моем вчерашнем приключении? Но… как? В ужасе смотрю на нее, а она так похабно ухмыляется!
- Ты проебалась, сестренка! По-крупному! Говоришь, невинная? Девственница, да? Или уже нет? Расскажи хоть, круто, когда тебя трахают двое таких жеребцов? Телефончики их у тебя есть? Поделишься? Я бы тоже не прочь с такими.
- Что? – с трудом сглатываю, чувствуя, как тошнота опять подступает.
- То! Ты вчера трахалась с двумя мужиками, как блядь, в туалете! Они это сняли и выложили в сеть, поняла?
- Что? Я не…
Тошнота накрывает, и я опять склоняюсь над раковиной, пытаясь дышать глубоко, но это не помогает…
- Фу… пьянь…Ты просто… просто шалава, шлюха подзаборная! Теперь все кому не лень могут видеть, как тебя трахают, а ты орешь, кончая!
- Я не… меня никто не…
- Да ладно! Никто! Правда, жеребцов ты, конечно, подцепила зачетных, нечего сказать! И тебе повезло, что ты была в маске.
Есть шанс, что узнали тебя не все. Но я-то узнала!
- Ты?"
"- Ага! Я. Увидела это видео в одном популярном у пикаперов чатике. И, конечно же, я не могла не рассказать обо всем мамочке. А мамочка, конечно, рассказала твоему отцу и…
Дверь моей комнаты с треском распахивается.
- Вероника! – слышу голос отца, и кажется, сердце сейчас остановится.
- Скоро грянет буря! Готовься, детка! Учти, если дашь телефончики этих пилотов, с которыми трахалась, я тебе помогу!
- Я не…
На пороге ванной появляется мачеха.
Мне хочется провалиться сквозь землю…
- Вон! Вон из моего дома, мразь! – смотрю в горящие победной яростью глаза мачехи, и вижу позади неё отца, в его глазах презрение и разочарование.
