И только когда он счел, что достаточно, а тянущее ощущение в груди терпеть стало невмоготу, он пошел туда.
Конечно же! Вокруг девчонки уже ошивался какой-то парень. Спаивал ее коктейлем.
Идиотка. Парень с улицы. В коктейле могло быть что угодно.
Чего стоило не подойти и не отобрать у нее бокал, а этому типу не выдрать хвост. И все же Саха выдержал. Естественно, ведь он бы сдох, но не подошел к ней сразу!
И вот теперь он держал ее в руках.
Странное это было чувство. Как будто его притягивает к ней, прошивает невидимыми нитями.
И что-то в нем начинает резонировать, шипеть, свиваться кольцами. Он бы еще понял, если бы...
Но ведь у них не пошел обряд! Ничего не было, а он ощущал жажду, запах ее чувствовал, вдыхал этот яд.
""Какого?!"" - Хотелось спросить ему. - ""Какого ты не смотришь на меня?""
Взглянула.
И почему-то весь этот зал с его дурацкой музыкой куда-то исчез. Остались только ее полуоткрытые губы и глаза, похожие на две блестящие вишни. Он не помнил, что хотел сказать, руки непроизвольно потянули ее к себе ближе.
Но тут совсем рядом раздалось:
- Меняемся.
Кто этот смертник?
глава 21
Хотелось бы верить в то, что он ослышался. Но перед ним был тот самый парень, который незадолго перед этим ЕГО девчонку коктейлем угощал. Рядом жалась одна из нагинь, Саха не запомнил ее имени. Опасливо стреляла глазками то на него, то в зал. А парень стоял и смотрел на него исподлобья. Довольно сильный. Из Черных? Не важно, должен был знать, на кого хвост поднял.
- Не понял? - хмыкнул Саха, склонив голову набок.
Дал придурку время одуматься, но тот вместо того, чтобы отползти, повторил:
- Меняемся.
И кивнул на ЕГО девчонку. Кулаки сжались сами собой. Саха перехватил ее руку выше запястья и спросил, оглядывая парнишку с головы до ног:
- С какой стати?
Парень пожал плечами и неожиданно выдал, глядя на Наилю:
- Она со мной.
Саха аж хохотнул от подобной наглости:
- Да ты что?!
Нагиня, что была с парнем, уже догадалась, что к чему, ахнула и стала отходить. а тот, кажется, никак не хотел понять, что ему тут не светит, продолжал упорно торчать перед ним.
И тут эта девчонка решила влезть в разговор.
Боже, как Наиле все это не нравилось. Дурацкое положение.
Инар, ну зачем он только подошел?
Красавчик развлекался, а ей вдруг стало так горько. Он... как злой мальчика, которому не нужна игрушка, но он все равно ее не отдаст.
Зачем Инар нарывался? Зачем было продолжать все это? Видел же, что это за самовлюбленное чудовище.
