Оба клана были компактно расселены в одном городе, вероятно, потому и подличали всегда сообща. И тогда останутся только Золотые. Ага, и еще весь мир.
С каждым проверенным кланом сужался круг поисков, и, вместе с тем, каждый раз, когда надежда не оправдывалась, у него холодело внутри. Где могла спрятаться эта дуреха? Ведь за ней наверняка уже охотятся. Вспомнил амбалов Ильяса и разозлился еще больше.
Подъехали к отелю. Саха опять остановился за два квартала, только с другой стороны. Перед тем как выйти, сказал:
- Через полчаса здесь же.
И на сегодня свободен.
Тот кивнул и спросил:
- А завтра?
- Завтра вряд ли.
Завтра его, скорее всего, не будет в этом городе.
- А может... - заикнулся тот.
- Я тебя сам найду, - сказал Саха и вышел.
Времени у него было не так уж много, только душ принять и переодеться. Как вошел в номер, скинул одежду, и сходу в душ. Стоял под прохладной водой, а в голове опять те же мысли. И странное чувство. Наконец закрыл кран, вышел, обтерся.
Взял из хранилища серый деловой костюм и к нему все остальное.
Только прикоснулся, и снова этот запах. Легкий, почти неуловимый. Он замер и закрыл глаза, запах ассоциировался у него с солнцем и весной.
Ее запах.
Он ближе поднес к носу рубашку, потянул в себя воздух...
И вдруг догадка, совершенно идиотская.
Но, судя по всему, правильная.
Невольно поражаясь собственной глупости, Саха развернулся на месте, опустил рубашку на стул и провел крепко сжатым кулаком у самого лица. А потом... Первым побуждением было сорваться домой и высказать брату.
Но у него здесь дела, которые должны быть выполнены. Он больше не мальчишка, чтобы позволять себе импульсивные выходки.
Схватил рубашку, резко напялил ее на себя. И замер, стискивая зубы.
Времени было мало, но он все же не смог удержать это в себе. Душила потребность высказаться, иначе его просто разорвет. Ему нужна холодная голова, чтобы говорить с Ильясом МеликХановым. А разговор будет вязкий.
Саха прикрыл глаза и сделал медленный вдох. И выдох. И так несколько раз, пока кипевшее в нем возмущение не улеглось.
Потом приложил руку к груди и вызвал Далгета. Тот ответил не сразу, видимо, был чем-то занят. Но ради такого случая Саха готов был подождать.
- Да, - раздался наконец голос брата, спокойный, как всегда. - У тебя все в порядке?
- У меня - да. Собираюсь сейчас посетить Ильяса.
- Уверен, что справишься?
- Справлюсь.
- Хорошо. Нужен буду...
- Подожди, брат. Я вот что хотел спросить, - не дал ему договорить Саха.
