Лишь бы защитить себя и своего малыша, не позволить им вбивать в голову Али всякую ерунду...
Они пытаются выставить меня дрянью. Делают все, чтобы мой сын считал меня тварью, которая не любит своего ребенка. А ведь Али действительно может подумать, что он мне не нужен. И что я специально сбежала из дома... Ведь моему малышу всего четыре года. И сейчас он склонен верить всему, что говорят ему взрослые. Его бабушка, дедушка или же дяди. Возможно, даже сам Бурак.
— Когда я лежал в кровати, — начинает объяснять он, — она сидела рядом и ругалась.
Кричала, чтобы я спал. Но я не хотел спать. Я хотел увидеть тебя. Бабушка сказала, что ты больше не вернешься в наш дом. Что ты бросила меня. Еще что-то сказала, но я уже не помню.
Зажмурившись, я сглатываю образовавшийся в горле удушающий ком, не в силах смириться со словами свекрови. Боже, ведь она взрослая женщина... Но несмотря на это, вбивает в голову четырехлетнего ребенка то, что может запросто сломать его психику.
— А ты ей что-нибудь ответил? — аккуратно интересуюсь я.
Сын качает головой.
— Я начал плакать. А потом... Потом проснулся в больнице. И ты была рядом.
То есть после слов Сании Экремовны сын плакал не переставая, и из-за пережитого стресса у него поднялась температура.
Дура... Старая безмозглая дрянь! Больше никогда не позволю, чтобы она принимала участие в жизни Али! Никогда не позволю, чтобы она унижала и оскорбляла меня. Раньше я при любых обстоятельствах пыталась быть с ней вежлива. Из-за Бурака.
Потому что она — его мать. Но сейчас понимаю, что напрасно. Надо было быть точно такой же змеей, как она. Я обязана была отвечать ей той же монетой! Однако любовь к Бураку не позволяла мне быть стервой. Я вела себя так, какой, в общем-то, и была. Реагировала на каждый ее выпад как воспитанная девушка, считала, что так бывает во многих семьях... Ведь это свекровь. Проблемы с матерью мужа нередки. Поэтому я молчала.
Зря... Очень зря. Как показывает опыт, некоторые люди, которые изначально настроены против тебя, не изменят своего мнения при любом раскладе и всегда будут идти наперекор.
Они недостойны уважения, потому что при первой же возможности бьют тебя в самое больное место. Выжидают момент.
— Али... — Сжав маленькую ладошку сына, я заглядываю в его глаза. Малыш даже жевать перестает, внимательно слушая меня. — Никогда никому не верь, хорошо? Если меня нет рядом, это значит, что обстоятельства так сложились. Я никогда тебя не оставлю.
