Настроение Бурака меняется. Он начинает улыбаться, даже смеется, когда Али говорит о какой-то светловолосой девочке по имени Алиса, которая теперь, по его словам, его самая близкая подруга."
"— Она такая красивая! — с улыбкой произносит сын.
— Завтра покажешь мне ее, — прошу я, поворачиваясь к малышу. — Аж интересно стало, кто украл маленькое сердечко моего сына.
— Хорошо, мам!
Едем мы около сорока минут. Бурак паркует автомобиль в метрах тридцати от известного ресторана и переводит взгляд на Али.
— Кто-то снова пиццу захотел.
Я угадал?
— Ур-р-ра! — радуется сын, бросаясь на шею отцу. — Классно! Мы в ресторан приехали!
— Я стол забронировал, — шепчет мне на ухо Бурак, когда мы заходим в просторное помещение. Кладет ладонь на мою талию и притягивает к себе.
— Я уже поняла, — улыбаюсь, позабыв о всякой обиде и боли, которую он мне причинил. Решаю провести этот день без лишних разговоров и воспоминаний.
— Обещай мне, — очередной шепот в ухо.
Мы надвигаемся к столику в дальнем углу.
Али буквально бежит, потому что Бурак показал ему, где мы будем сидеть.
— Что обещать?
— Что подумаешь о моем предложении.
— О каком именно? Ты постоянно чего-то хочешь.
— Переедем в наш дом?
Нервно прикусив нижнюю губу, бросаю взгляд на сына. Он садится на стул у окна, не обращая на нас внимания. Думаю недолго. Ответ сам срывается с губ:
— Я подумаю.
Глава 41
Ужин проходит спокойно. Без всяких скандалов. Бурак больше не говорит о переезде в другой дом. По всей видимости, расценил мое «подумаю» как согласие.
Впрочем, с ним невозможно спорить. А противостоять — тем более. Да и я, честно говоря, устала это делать. В последнее время и так вся энергия уходит в никуда. Нервы ни к черту. Состояние максимально встревоженное, а беречь себя нужно. Просто необходимо. Особенно сейчас, когда любой стресс может привести к губительным последствиям.
На этом моменте я прикладываю ладонь к животу и рвано выдыхаю. Все же недавняя встреча с той самой «подставной» девушкой, а затем внезапный обморок с поездкой в больницу дали свои плоды.
Я морально выжата, хоть еще и держусь. Порой сама не понимаю, каким образом.
— Лейла... Все в порядке? — хмурит брови Бурак, замечая мое смятение.
— Я в порядке, — киваю.
Феррахоглу заметно расслабляется, продолжая трапезу. Стол ломится от обилия разнообразных блюд, но во главе всего, конечно же, пицца сына, которую он с удовольствием уплетает. А вот у меня аппетита совсем нет.
