— Пап! Кушать будем? — кричит Али за спиной.
— Ну естественно. — Я возвращаюсь, сажусь за стол.
— Я чай поставлю, — тихо говорит жена, не сводя с меня укоризненного взгляда. Она видит, как я напряжен. Понимает, что я зол.
Однако бесконечные вопросы сына хоть как-то отвлекают. Я на время откидываю все, что касается братьев и родителей. Думаю только о нас. Как же было хорошо, когда мы жили вместе.
Дважды идиот! Как же я так лоханулся?!
— Лейла... — Кладу вилку на стол и смотрю на жену. Али моментально замолкает.
Весь сконцентрирован на мне. Очевидно, сыну тоже любопытно.
— М? — Она выгибает бровь.
— Я забыл тебе каталог показать, — говорю ровно. — Мне его сегодня принесли. Там несколько особняков, которые находятся неподалеку от компании. Ну и до садика не так далеко.
Жена смотрит то на меня, то на сына. Поджимает полные губы, стреляя в меня не очень доброжелательным взглядом.
Так... Кажется, я зря открыл эту тему здесь и сейчас. Но расскажи я ей о своих планах наедине, она категорически отказалась бы.
А так есть надежда, что рядом с сыном возражать не будет.
Однако жена непреклонна.
— Мне это не нужно, Бурак, — бросает холодно.
— Нам это нужно... Нужно купить новый дом, — говорю мягко. — Старый я на днях продал. Ты же понимаешь, что...
— Пап, ты продал наш дом? — перебивает сын. Глаза у него распахиваются от удивления. Выражение лица такое смешное, что я невольно улыбаюсь.
— Продал. Решил, что нам нужен новый. Где не будет плохих воспоминаний, — объясняю сыну, но не свожу взгляда с жены, которая закатывает глаза.
Али не комментирует мои слова. Лишь кивает как взрослый человек, будто все понимает, и продолжает есть пиццу.
Через десять минут он уже бежит в гостиную. Лейла убирает со стола, я же снова набираю Костю, от которого так и не дождался ответа. Тот, наконец, отвечает, что Уфук все еще в больнице. И пробудет там еще пару дней.
Но, судя по тому, как разговаривал со мной брат, те двое суток он не проведет в палате, а, скорее всего, выпишется.
— Я в больницу поеду, — говорю я, скидывая очередной звонок отца.
Лучше в машине возьму трубку. Не хочу, чтобы он наговорил лишнего про Лейлу. Заткнуть его нужно раз и навсегда, а это я сделаю при личной встрече. Видимо, моих слов в прошлый раз было недостаточно."
"— Уфука не выписали, значит? По его тону даже не скажешь, что он в коме был... — бросает Лейла с усмешкой.
Права. Абсолютно.
— Поставлю я его на место, — ворчу недовольно. — Гулизар узнает о его выкрутасах.
