Такого наплевательского отношения ко мне.
Перед глазами все еще стоит его семья. Насмешливые и презрительные взгляды оставляют отметины на моем сердце. Вонзают иглы в него, ковыряя раны вновь и вновь.
Они смотрели на меня так, будто я не жена их сына... не мать их внука... а грязь под ногами. А Бурак... Мой любимый Бурак... В его глазах я больше не видела себя. В них был лишь лютый пронизывающий холод.
Видимо, ему хорошо промыли мозги, раз он не дал ни малейшего шанса оправдаться. Муж просто решил все за нас двоих и лишил меня права голоса.
Но я не заслуживаю такого отношения к себе. Не заслуживаю. Я ничего плохого никогда не делала. Жила по совести и просто любила...
Глубоко вздохнув, я промокаю полотенцем лицо и возвращаюсь к Дарине, которая ждет меня в зале. Натягиваю слабую улыбку, но сама чувствую, что она выглядит натянутой. Безжизненной.
Я понимаю, что неправильно вываливать все свои проблемы на Дарину. Тем более у нее самой сложный период в жизни. Она развелась и теперь строит новую жизнь, храня под сердцем тайну от мужа.
А он всю жизнь любил другую, а ее просто обманывал, ожидая момента, когда они с его любовницей соединятся вместе.
И раньше я бы не поверила, что такое вообще может случиться, но не теперь... Жизнь знатно ударила меня под дых. Поиздевалась. И как справиться совсем одной... я не знаю. Но точно понимаю: как оказалось, других друзей кроме Дарины у меня нет.
Раньше я считала дружбу чем-то ненужным, а теперь, после всего произошедшего, она стала моей спасательной шлюпкой.
Мы с Дариной познакомились совсем недавно, на одном из приемов. Деловом ужине... Но почти сразу стали общаться. Она — хороший и чистый человек. В ней нет ни капли злобы и ненависти. Дарина еще восхищалась мной и Бураком, а я в ответ лишь улыбалась, говоря ей, что у меня просто самый лучший на свете муж.
Совсем недавно все было так...
«Когда мы еще были счастливы, — шепчет мне внутренний голос. — Когда наша семейная жизнь не висела на волоске. Когда мы не стояли на грани развода.
..»
Или это все было игрой и Бурак никогда меня не любил? Ведь если любят по-настоящему, так не поступают. Не заставляют другого страдать, давя на самую больную точку, и не выставляют за дверь мать своего ребенка.
Я опускаюсь на диван и сцепляю пальцы в замок, а Дарина вдруг уходит. Я непонимающе озираюсь, но когда она возвращается с водой, облегченно выдыхаю.
— Сделай глоток. Легче станет. — Она протягивает мне стакан с жидкостью."
"— Не хочу.
