Она осторожно открыла дверь и выглянула, вроде. в поэтажном холльчике при ее офисе никого. Осторожно, стараясь не производить шума, вышла и притворила за собой дверь. И на всякий случай потянулась глянуть, что там внизу.
Чуть не плюнула с досады. В нижнем холле при входе сидел на диванчике для посетителей один из телохранителей Белого и мирно общался с местным охранником. Такое зло взяло...
Кристина едва не задохнулась возмущением. Вот, значит, как тут заботятся о ее безопасности?! Только чудо спасло тех двоих, потому что Кристину так и подмывало облить обоих остатками вчерашней воды в чайнике.
Но теперь она уже и не думала прятаться. Сердито сопя и топая со всей силы, прошла в туалет. И там долго и мстительно скребла чайник изнутри, отчищая несуществующую накипь. Потом вдруг застыла, опираясь руками на раковину, внезапно промелькнула мысль. Кристина отставила чайник и стремительно, как разъяренная фурия, вылетела к двери на аварийную лестницу.
Так и есть! Во дворе у подножия лестницы тоже прогуливался человек Белого.
Сразу же поднял голову на шум, увидев ее в дверях, сначала на миг застыл, а после...
***
Нет! Потом уже, сидя в своем офисе и плюясь от злости, Кристина вспоминала. Этот мужик внизу! Он состроил ей вежливую улыбку и поклонился. Поклонился, бл***!
Шуты гороховые! И хозяин их чертов гороховый шут! Что он пытается ей доказать?! Что лишний раз продохнуть не даст? Урод.
Да пошел он! Сволочь Белая! Она и без этого собиралась...
Конечно, неприятно было обнаружить, что ей отрезали все пути.
Внизу в холле человек, во дворе. Во дворе она вообще, выглянув с черного хода из кладовки своего офиса, обнаружила машину с Пашкиными людьми!
Ее действительно обложили так, что просто нечем дышать.
Кофе она все-таки заварила. Налила в большую белую кружку, села кресло и не спеша выпила. Идут все Белые козлы лесом. Она просто будет делать то, что задумала.
Ну а дольше - да. Пришлось данное себе слово исполнять.
Кристина вытащила жесткий диск с программами и клиентской базой и собственноручно эту самую клиентскую базу уничтожила.
Разумеется, не все, но старые схемы - без остатка. Конечно, жалко было своих трудов, стирала - словно резала живые нити. Но ничего, сказала она себе, наработает новые, еще лучше и продуктивнее старых."
"Правда, рушить своими руками свои же труды - работа энергозатратная. Скорее в психологическом плане, потому что через внутреннее сопротивление все делается.
