Проговорил со вздохом и своей обычной полубесшумной стелющей походкой направился в кухню (топал он тогда специально, давал ей время испугаться как следует и подготовиться). Уже выходя обернулся.
- Кстати, Крис, без боевой раскраски ты выглядишь гораздо моложе.
Взрыва не последовало, видимо, слишком устала, а может, мозги были заняты другим. В любом случае, он ушел в кухню, чтобы не стеснять ее своим присутствием. Ну и завтрак соорудить, конечно.
Потому как его сестра и в здоровом-то состоянии не готовила, а чего от нее ждать, когда она с похмелья.
***
В холодильнике у Кристины нашлись кое-какие продукты, а вот хлеба не было. Кофе, сваренные вкрутую яйца, плавленный сыр, кефир и какой-то джем с невнятным названием, вот что удалось набрать на завтрак. К тому времени, когда все это стояло на столе, Кристина уже появилась в кухне, во всем черном, словно вдова.
Наполовину просушенные влажные волосы по плечам, в черных глазах настороженность и затаенное внимание. Мельком глянула на стол и полезла в верхний шкафчик.
Там, насколько Игорь помнил, Влас хранил сигареты и прочий мелкий хлам.
Во всей этой большой кухне с множеством шкафчиков, полупустых, кстати, шкафчиков, только один условно принадлежал Власу. Остальные неизвестно чем заняла Кристина. Игорь никогда не мог понять, зачем этим двоим, практически не готовившим дома, такая огромная кухня. Хотя он многого в их жизни не мог понять, но предпочитал не вникать.
Она встала на носочки, пошарила рукой в глубине и вытащила початую упаковку печенья и хрустящие хлебцы.
У Игоря вытаращились глаза.
- Что? - вскинулась его импульсивная сестрица, махнув черными волосами. - Неприкосновенный запас.
Игорь поперхнулся, а потом просто рассмеялся:
- Так вот что ты по ночам хомячишь?
- Иди к черту, - вспыхнули черные глаза. - Откуда ты знаешь, что это я, может Влас?
- По глазам вижу, - продолжил он прикалываться.
Потом вдруг посерьезнел:
- Ешь, давай, времени осталось мало. В 11.34 поезд.
Кристина в это время жевала хрустящий хлебец, намазанный плавленным сыром, проглотила все это и спросила прищурившись:
- Так спешишь убрать меня отсюда, чтобы я ничего не знала о ваших делах?
Вот именно этого Игорь и опасался.
Что догадается и заупрямится.
- Каких делах, ты прекрасно знаешь, Влас это все состряпал, чтобы тебя отмазать.
И тут она расхохоталась, громко, хрипловато, даже весело. А потом кивнула:
- Нет, Игорек, я не про Власа. Я про твои с Белым дела.
